Номинар

Поговаривали и про взятки, притом исключительно наличными – опять-таки информация из пьяных пересудов наёмников на окраине. Но с собой у меня не было ни налички, ни желания попасть к Стражам за действия коррупционного характера. В общем, не гигалит, а грёбаный улей слухов.

Причудливые коридоры сменяли друг друга незаметно, и ты внезапно обнаруживал вокруг совершенно иной интерьер, не похожий ни на один из предыдущих. От увиденного разнообразия разум понемногу пьянел.

Ощущение было такое, словно меня специально пытаются дезориентировать в мудрёном лабиринте.

Поначалу вокруг тебя смыкаются деревянные панели, вырезанные без всяких изысков, а через несколько поворотов они уже скрыты за плотной стеной растений в глиняных горшках. Следующий поворот – и ниспадающие стены воды заставляют вспомнить о жажде.

До трансгрессионной шахты мы дошли не так скоро, как я надеялся.

На неизвестном мне ранее этаже администратор неожиданно обратилась с вопросом:

– Ты умеешь хранить секреты, Мэло? – Она шла справа и не сводила с меня сверкающих любопытством глаз.

– Не очень, – честно признался я.

– Тогда расскажу тебе. Хотя нет, намекну, а ты сам потом догадаешься. – Не дожидаясь ответа, она пропела стишок: – Кто существует везде и нигде, не знает границ, но заперт во тьме?

– Э… не знаю.

– Тогда спроси у своего так называемого друга. – Провожатая лукаво подмигнула искрящимся глазом.

Её загадка мне не понравилась, и я не стал ничего уточнять. Я рассчитывал, что она пояснит причину поведения Верона, а не будет паясничать.

Мы шли, а вдоль стен в шахматном порядке блестели отполированным деревом дубовые солдаты, пронумерованные позолотой. Неловкое молчание с моей стороны продлилось до самых дверей гостиничного номера, за которыми меня уже, должно быть, заждались.

– Заходи в Дум ещё, поболтаем. Я тебе скидку сделаю. Честно.

Девушка улыбалась, а блёстки на лице переливались серебром и всеми оттенками розового и голубого. Её слегка прищуренные сверкающие глазки бросали вызов.

– У меня есть с кем поболтать.

Фейри недоумевающе вскинула очерченную блёстками бровь, открыла рот, но я успел поблагодарить её прежде, чем она нашла слова сожаления или оправдания. Грациозно откланявшись, я скрылся в номере. Пришлось оставить любезного администратора наедине с её собственным разочарованием.

За дверью раздался крик уязвлённой девушки на пару с ударом по неповинному дереву.

– Да пошёл ты… – часть фразы потонула в громком стуке.