Печать зла. Игра начинается

После того, как она сделала десяток фотографий, Хименес со вторым помощником, которого Лиам не знал, перевернул тело. Чоу сделала еще несколько снимков. Андрес посмотрел на Тома:

– Что, в своей машине повезешь?

– Вот же ж … Черт! – он стукнул кулаком о свою ладонь. – Где коронеры?

Вопрос никому не предназначался, и остался без ответа. Том продолжал бить свою руку. Коронеры появились минут через десять. Маркс хотел было высказать все, что о них думает, но Лиам остановил его. Детективы не стали наблюдать, как те погрузят тело, и пошли по своим машинам.

Том направился в участок заниматься бумажной работой, а Лиам – прямиком в морг.

Вскрытие началось через час после того, как он туда приехал. Это был уже не первый его такой визит. Хотя Лиам так и не привык к этой процедуре, которая все ещё вызывала у него оторопь.

В секционную он пришел, когда тело уже лежало на длинном столе со стоком из нержавеющей стали. Рядом стоял препаровочный столик, на котором изучали внутренние органы.

Первым этапом был тщательный осмотр тела.

После рутинного описания одежды, обуви и внешних характеристик тела патологоанатом перешел к исследованию повреждений. Сначала он сфотографировал каждое из них. Лиам помогал ему повернуть труп, чтобы специалист мог зафиксировать рану на затылке и сделать ее подробное описание.

Детектив отрешённо наблюдал за действиями профессионала, для которого всё это давно стало рутиной. Лиам уже научился отключать эмоции в таких ситуациях, хотя так и не мог принимать эту процедуру как данность.

Как жизненную необходимость.

За внешним осмотром следовало собственно вскрытие. Сначала рёберным ножом делается разрез по дуге от левого плеча к правому через место, где соединяются ключицы и грудина. Потом от этой линии по срединной линии до лобка, обходя слева пупок, делается второй разрез. Кожу и мышцы раздвигают в стороны, ключицы и ребра разделяют при помощи реберных ножниц. На очереди – содержимое грудной брюшной полости и грудной клетки.

Лиам на некоторое время отвлекся от процесса, разглядывая уже знакомую ему обстановку: шкаф с оборудованием, анатомические весы для взвешивания органов, конторку в углу, где патологоанатом делает записи.

Даже холод секционной его не беспокоил. Потом его взгляд невольно вернулся к развороченному телу. Он следил, как главный специалист по смерти безжалостно разделял на части то, что ещё совсем недавно дышало, радовалось и огорчалось, возможно, кого-то любило или ненавидело.