Меня зовут Жаклин. Отдайте мне меня. Повести и рассказы

Оказывается, он не настолько уж и пьян. Он рассказывает анекдоты и кажется взрослее в этой солидной компании. Семен Михайлович бросает на него благодарный взгляд. Тамара тоже хочет выразить свою благодарность:

– Спасибо, Вадик.

И обращается к гостям:

– Вам не скучно? Я хочу танцевать!

– Нам не скучно, – отвечает за всех Вадим, – можешь пойти еще погулять.

Это могло бы быть шуткой, если бы не прозвучало так резко. Семен Михайлович смотрит на сына с осуждением. Тамара вспыхивает и разваливается в глубоком кресле.

– Кто-нибудь поможет мне прикурить?

Вадим достает зажигалку и наклоняется к ней.

Поскольку я нахожусь рядом, я слышу, как она говорит ему сквозь зубы: «Погулять можешь пойти сам. А я здесь – у себя дома».

– Заметь, я – тоже, – говорит он вслух и улыбается отцу.

Семен Михайлович видит его улыбку и кивает в ответ. Тамара откидывает голову на спинку кресла. На шее видны вены – и лучше бы она этого не делала.

Семен Михайлович и Вадим идут провожать последних гостей.

Они расплачиваются с мальчиками из ресторана и останавливаются перекурить на крыльце.

Что я могу поделать? У меня на кухне открыта форточка, и я опять слышу отрывок их разговора.

– Ну что, все прошло нормально? – утверждает-спрашивает Семен Михайлович своего взрослого сына. Его тон и голос просто обязывают этого шута отвечать серьезно.

– Да, неплохо, – отвечает Вадим.

– Как тебе нравится дом? – спрашивает отец.

– Шикарно! – Вадим затягивается глубоко.

– Как ты вообще относишься ко всему? – спрашивает Семен Михайлович.

– А что? Пусть матушка проветрится! Все нормально! – спокойно говорит Вадим.

– Я тоже думаю – все ДОЛЖНО быть нормально, – Семен Михайлович говорит твердо.

– И Тамара твоя – тоже ничего себе девчонка! – Вадим «не дотягивает» до отца. Ему все время хочется быть на равных и это чувствуется.

– Ну, тебе она – не девчонка, – смеется польщенный Cемен Михайлович.

Они уходят с веранды, и я не слышу продолжения разговора.

Через час я готова уезжать.

Уже полночь, но я решаю ехать домой. Мне предлагают переночевать, но я ловлю на себе взгляд Вадима и отказываюсь. Перед тем как уехать, я захожу в комнату к Нике и приношу ей ароматизатор.

– Мама сказала, что ты любишь сандаловое дерево, – я стараюсь говорить ласково.

– Я его терпеть не могу, – отвечает девчонка и отворачивается к стене. Я желаю ей «спокойной ночи» и спускаюсь вниз.

Семен Михайлович благодарит меня за прекрасный вечер.