Меня зовут Жаклин. Отдайте мне меня. Повести и рассказы

Как будто это поможет!

– Так что же делать?

– Я могу поговорить с Семеном?

Я представляю, как Тамара рассказывает Семену Михайловичу об эпизоде, свидетельницей которого она стала и мне становится противно. Я-то точно знаю, что в лучшем случае я просто останусь без работы, а в худшем – меня выгонят с позором. Отец не откажется от сына из-за какой-то домработницы. Это понятно.

– Нет, не нужно, – говорю я.

– Ну, как знаешь, – Тамара пожимает плечами.

Сегодня я задерживаюсь и встречаюсь вечером с Семеном Михайловичем.

Он приезжает совершенно разбитый и очень усталый.

– Добрый вечер, Элечка, – говорит он, заходя на кухню, – как тут у вас дела?

Он смотрит на меня ласково и приветливо, а глаза у него воспаленные и измученные. Тамара во всей красе подныривает у него под рукой и смотрит на меня очень многозначительно.

– Все хорошо, – говорю я, – Будете ужинать?

Если он захочет, чтобы я подала ему ужин, я, конечно, задержусь еще дольше.

Но мне так хочется сделать для него что-то хорошее…

– Позже, – говорит Семен Михайлович.

– Я сама покормлю тебя, – сюсюкает Тамара, – не задерживай Элю.

Мне неприятно смотреть на то, как она трется рядом с ним, тем более – после разговора с Никой.

– Конечно-конечно, – растерянно говорит Семен Михайлович, – уже поздно.

Я в очередной раз удивляюсь, почему этот сильный и волевой человек так меняется в присутствии жены. На Тамаре сегодня почти прозрачная блузка и очень короткая юбка.

Видно, что она специально готовилась к приходу мужа.

Они прощаются со мной и уходят с кухни.

Я могу ехать домой.

Уже на веранде я вспоминаю, что не проверила, есть ли молоко в холодильнике. Если его нет, завтра я привезу его я собой прямо с утра. Мне приходится вернуться.

Я заглядываю в холодильник и, выйдя с кухни, слышу свое имя, которое произносит Тамара, сидя в столовой. Я ничего не могу с собой поделать.

Много ли есть людей, которые, слыша, что разговор идет о них, заткнут себе уши? Ничего не могу с собой поделать. Хорошо, что дверь приоткрыта, и мне не нужно прижиматься ухом к замочной скважине. Я еще раз слышу свое имя.

– Представь, я застала их прямо на кухне, – говорит Тамара, – как тебе это нравится? Это не лезет ни в какие ворота! Это ужасно! Поговори с Элей. Она сама не знает, что делает.

– Эля – очень порядочный человек.