Ты так хотел, как я боялась. Интим. Безвиз. Ревю

Ты так хотел, как я боялась. Интим. Безвиз. Ревю

Виолетта Лосева

Если знакомые считают тебя красивой и неприступной и спрашивают тебя «Как дела?», а потом, не дождавшись ответа, начинают говорить о другом, если мужчина, который пытается ухаживать за тобой, не решается прямо сказать, чего же он хочет, если родные жалеют тебя, считая, что при твоей внешности и уме, ты могла бы блистать, но вместо этого жизнь тебя сломала… то, рано или поздно, ты все равно задумаешься, кто еще виноват во всем этом, и, наверняка, найдешь кого обвинить.

Ты так хотел, как я боялась

Интим. Безвиз. Ревю

Виолетта Лосева

«А принцессу мне и даром не надо.

Чуду-юду я и так победю…»

    В. Высоцкий

© Виолетта Лосева, 2017

ISBN 978-5-4490-1224-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог. Наши дни

Режиссер нашумевшего веб-сериала Олег Полонский сидел в своем кабинете и лениво просматривал сценарии. Его помощник Веня Поливанов распечатывал очередное творение и еле сдерживал себя, чтобы не покрутить пальцем у виска.

Полонский явно перегибал палку.

Ну сколько же можно? Уже было все: драйв, экшн, сопли-вопли, ужасы-кошмары, попаданцы и возвращенцы, легкая ирония и многозначительный подтекст, рваные диалоги, которые хорошо вписывались в любой интерьер, и батальные сцены, которые были неуместны в веб-сериалах, так как стоили сумасшедших денег

Было уже все.

Драматургия страдала. Во всех отношениях. Она вообще имела склонность страдать, эта драматургия.

И Полонский прекрасно об этом знал. Но продолжал «трепать нервы» Вене, откладывая в отдельную стопку все, что «не подходит». При этом, «не подходит» звучало, разумеется не так интеллигентно. Полонский не выбирал выражений, когда излагал свое мнение по поводу следующего опуса. Веня давно уже перестал вздрагивать от каждой оценки и, в настоящий момент, тренировал в себе умение убеждать себя в том, что вся ругань Полонского лично к нему, Вене, не относится.

Одним словом, Веня, ничего личного, но ты подсунул мне очередную ерунду, которую ты можешь засунуть себе в одно место.

При этом «ерунда» и «одно место» звучали, разумеется, тоже по-другому.

– Это выбросить? – спросил Веня, забирая со стола гения стопку листов.

– Это, как раз, оставь, – ответил Полонский, не поворачивая головы. Веня посмотрел на заголовок.

– Так это же 96-й год! Кому это интересно?

– Мне, – коротко бросил Полонский, – Ты сам это читал?

– Просматривал.