Естествознатель. Книга 2. Тернистый путь

Птичьи носы в молодом возрасте могли еще добавить толику пикантности внешности, но у пожилых мужчин они смотрелись ужасно и напоминали кривые клювы.

Помимо этого, кочевники страдали полнотой и, как правило, после сорока лет любой уважающий себя армут должен был раздобреть и увеличиться, по крайней мере, раза в два, а то и три, что, конечно, отнюдь не делало его более привлекательным.

Такие вот полные, степенные господа и входили в харчевню, заказывая себе огромные миски жирного плова.

Ели они его неспешно руками, а потом вытирали грязные пальцы о свои пестрые халаты, а иногда и волосы. Тэнка морщилась каждый раз, глядя на местных жителей.

– Никогда прежде не видела армутов, а ты? – спросила она.

Артур вспомнил красивое благородное лицо Даг де Вайта и улыбнулся.

– Один преподаватель в моей школе – армут.

«А еще сирена, карлик и естествознатель. Хорошая компания».

– У тебя есть свой единорог, да?

– Да, но… – Артур чуть было не сказал «был».

Но мальчик все же надеялся, что Баклажанчик найдет его, как всегда было раньше. Какая сила заставила его покинуть Троссард-Холл? И тут же в голове своей он услышал ответ: «Та же, что заставила кагилуанцев воевать друг против друга».

– Я бы хотела его увидеть, – мечтательно произнесла Тэнка. – Я летала несколько раз на единороге, но он был арендованным и не особо-то обращал на меня внимание… Я и не знала, что животные могут говорить с людьми.

– Они говорят с помощью мыслей. Я слышу мысли своего единорога так же, как и он меня… Мой друг Тин называл это кадоросамой, – ответил Артур и наяву увидел оживленное лицо приятеля с длинным светлым чубчиком.

– Это его ты хочешь проведать в Беру? – с любопытством поинтересовалась Тэнка.

– И его тоже… Но я не знаю точно, где он. По крайней мере, мне известно, где живут его родители, я был у них в гостях. А что будешь делать ты? – спросил Артур, и девочка задумалась.

– Наверное, у меня не такой большой выбор. Я уйду с Аланом обратно в Ту-что-примыкает-к-лесу. И буду ждать вестей от родителей.

– Прошу прощения, драгоценные господа, не отвлекаю? – какой-то незнакомый мужчина, сидевший на подушках неподалеку от друзей, довольно бесцеремонно прервал их беседу. Тэнка с неприкрытым интересом воззрилась на армута. Мужчина был в преклонных летах, и его, как и всех армутов, ужасно портил возраст.