Нас будто нет

Его шепот острым лезвием по нервным окончаниям. Я замерла, не дыша. Боялась отвести взгляд от его глаз хотя бы на секунду.

– Никак не мог понять, кто из вас Гессов бесит больше всего? Исай, Амир или Мирон. А теперь понял…

Он приставил нож к моей шее. Только вместо страха, я почувствовала интерес. То ли виной его улыбка, от которой мои колени грозились подогнуться, то ли морщинки в уголках черных глаз. Я была интересна ему. Он наслаждался каждым мгновением, и я собиралась использовать этот момент.

Перехватив пальцами нож, слегка отстранила от шеи и направило прямо ему в висок.

Ворон оставался напряженным, но не боялся быть атакованным мной. Будь его желание, он с легкостью бы выбил оружие из моих рук и расправился бы со мной. Но попыток защититься не было, он выжидал.

– Ты не представляешь, что с тобой сделает Исай, когда узнает о происходящем… – произнесла шепотом, у самого уха.

Когда я отстранилась, он был неподвижен. Сильные пальцы сжимали мое плечо. Черные глаза были пугающе глубокими.

Губы, искривленные в улыбке, заставляли внутренности стыть от цепенеющего ужаса, и в то же время будили самые низменные желания. Я бы с радостью проучила бы эту сволочь, выпади мне такой шанс. Но на него у меня просто не хватало храбрости.

Я боялась его с первой встречи, с первой фразы и с первого ледяного взгляда. Страх в моей груди был иррациональным и поглощающим. И чем больше я его боялась, тем развязней и более дерзко я себя вела. Раньше от Ворона меня защищали братья.

А теперь это был единственный способ защиты – делать вид, словно мне плевать на него.

– Нравится то, что видишь? – выгнула бровь, желая избавиться от неловкости и нервного ожидания. – Тогда…

С губ слетел всхлип, когда он резко подхватил меня под бедра и бросил на стол. Не церемонясь и не переживая, о том, что я упала прямо на блюдо с едой, и теперь мои джинсы испачканы, он схватил мой подбородок и заставил посмотреть на себя.

Резким движением колена Ворон развел мои ноги, устроившись межу ними.

Не успела я и пикнуть, как грубые руки дернули ткань моей футболки вниз, разрывая широкий ворот. Ткань жалобно затрещала, оголяя мои плечи. Я замерла в испуге, пока его жадный взгляд скользил по бледной коже ключиц.

Каждый сантиметр тела горел огнем. Я боялась его, ненавидела, но настолько же сильно он будоражил мое воображение.

– Элис, – произнес с улыбкой, шепотом. Дрожь, пробившая каждый сантиметр тела, заставила вздрогнуть.