Теперь мы квиты

Тишина внутри полная. Я собран как никогда и все что я хочу – выплеснуть все, что корежит меня изнутри все эти дни. Все, что больно делает. Что не дает закрыть эту гребаную дверь в прошлое и начать жить заново.

Все, чему меня учили с детства – драться. Биться так, чтобы противнику не оставлять ни единого шанса. выкладываться по полной, умереть на ринге, но не отступить.

У Гесса нет ни единого шанса. Впрочем, как нет ни у одного из братьев, кто пойдет против. И сейчас я собирался показать Исаю то, чего он ждет.

Мирон прыгает вокруг меня, будто чертова мартышка.

Разминаю шею, в то время как он делает выпад в мою сторону. Будто на замедленной съемке наблюдаю за тем, как его кулак летит в мое лицо. Мне нужна эта боль, она всегда помогала заглушить душевную. Но сейчас я не могу ей воспользоваться, потому что не могу позволить чокнутому ублюдку одержать надо мной верх. Даже в такой мелочи. Резко ухожу в сторону, и дальше все настолько машинально, что я не понимаю, как это происходит. Удар. Левый апперкот сопровождается хрустом его челюсти. Удар коленом в солнечное отталкивает его назад. Он звереет, мотнув головой снова летит на меня.

Удар. Это было проще, чем я думал. Это было быстрей, чем хотелось бы.

И он лежит на земле, с запрокинутой головой, без сознания.

Ни хера не вижу. По бокам пульсируют разноцветные полосы. Только когда поднимаю глаза, вижу как в мою сторону несутся несколько типов. На лице Демы застывшая улыбка восхищения, а Исай замирает, подбирается весь. Каменное непроницаемое выражение лица говорит о том, что он чертовски зол.

Гесс—старший поднимается, вытягиваясь во весь рост.

Я понимаю, что бегут не спасать Мирона – месить меня. Когда первый из них налетает, ухожу от удара, подсекая противника.

– Стоять! – раздается рык Исая и все замирают.

– Лука победил честно. Помогите малому…

И тут же все пятеро отходят от меня. Вижу, как несколько бодигардов помогают подняться Мирону и уводят его в дом. Музыка снова набирает громкость, отдыхающие продолжают резвиться, словно и не было ничего несколько минут назад.

А у меня внутри такое опустошение, какого давно не было. Словно выбросил с себя несколько тонн груза, который давил на грудную клеть не давая нормально дышать.

Ох*енно. Как заново родился.

Опрокидываю в себя сразу два шота, опускаясь в кресло. Исай сверлит меня взглядом.

– Приводи брата ко мне в клуб. Поднатаскаю. Дури много, а техника хромает.

Исай кивает, продолжая испытывающее смотреть на меня.