Ты мой дом

Ты будешь официанткой, а мы… мы зайдем с черного входа с масками на лице. Обчистим его хранилище. Вынесем всю наличку, которую этот идиот хранит в своем доме. Плюс, нам нужен компромат на него, видеозапись. Она тоже есть в той самой комнате. Компромат обезопасит нас от мести Котова. На случай, если он узнает о нас.

Мне было не по себе от всего того, что сейчас описал Мирон.

– Он узнает?

Мир безучастно пожал плечами.

– Не должен, но плох тот план, где ты не подложил десять мягких подушек, на случай падения…

Я молчала.

– Ты боишься…

Я подняла к нему взгляд.

– Это правильно и нормально. Но страх может навредить тебе. Ты должна научиться побеждать его, научиться получать кайф даже от этого чувства. Это ведь нормально, мы все немного боимся, – Мир затушил окурок о парапет и швырнул его с моста.

– Но ни один из нас не променяет и никому не отдаст свой страх. Когда мы выходим на дело – это лучшие часы в нашей жизни. Будоражащее чувство адреналина, когда все до единого инстинкта напряжены, находясь в полной боевой готовности.

Он говорил так увлеченно, что я верила ему. Мне вдруг на мгновение захотелось стать похожей на них. Я никогда не чувствовала столько храбрости, сколько есть в каждом из Гесов.

– У тебя есть способ помочь справиться с этим?

– Есть, – кивает, не раздумывая, и вдруг резко подтягивается на парапете, перелезая через него.

Встав на небольшой выступ, оборачивается.

– Давай, сделаем это вместе…

Я смотрю вниз, на безжизненно темную гладь воды, и возвращаю к нему взгляд.

– Нет, я не сделаю этого, – с губ срывается нервный смешок.

Мирон ничуть не удивлен моим отказом.

– У тебя нет другого выбора, Лия. Чтобы мы все выжили, ты должна прыгнуть и понять, что все твои загоны – полная хрень. Ты должна взбодриться и выбросить из головы Огги.

Мне хочется его прибить.

– Это не взбодрит, а убьет меня!

Его глаза блеснули, а меня зазнобило еще сильней.

– Ты сделаешь это, Лия. Что-то определенно убьет тебя, но не сегодня. Поверь мне, я не позволю сорваться делу…

Мне было страшно. Настолько что я не чувствовала собственных ног, не слышала ничего кроме биения собственного сердца. Зажмурилась, сцепив кулаки. Мимо пролетали машины, обдавая меня резкими потоками ветра. И в какой-то момент я вдруг расслабилась. Напряжение ушло, как и страх. Я посмотрела на Мирона. Он делал это не единожды.