Разлюби меня

– Просто, стало интересно, что такого мужчину как вы может связывать с …

Я осеклась. Снова сболтнула то, чего не следовало. Кажется, пора заканчивать с алкоголем.

– Добрый вечер! – раздалось громкое, заставив вздрогнуть от испуга.

На сцене появился высокий брюнет, лет двадцати пяти на вид. В его руках был зажат микрофон. Ведущий представился Артуром, и принялся рассказывать о том, что нас ждет сегодняшним вечером.

Все присутствующие потихоньку расселись по своим местам, вливаясь в общее действо.

Артур оказался весьма умелым оратором. Вел мероприятие весело и непринужденно, вовлекая гостей в конкурсы. Я неспешно пила алкоголь, слушая вполуха происходящее вокруг.

С каждой пройденной минутой гости становились все веселее и громче, конкурсы становились все интересней. Я же все это время чувствовала себя словно на горячих углях. Я потеряла его из виду, и эта мысль вспарывала ножом без того напряженные нервы. Неужели мне настолько важно видеть его? Знать где он и с кем?

Ведущий объявил следующий конкурс.

В нем должны были участвовать девушки. Желающие посоревноваться должны были продемонстрировать свои творческие способности. Будь то танцы или вокал, или умение красиво рассказывать стихи. Знаю, это пахнет летним лагерем или школьным КВН-ом, но к моему удивлению желающих было так много, что пришлось отсеивать конкурсанток. И одной из желающих оказалась Маринка. Она вышла на сцену, будто королева, в своем откровенном платье и голубых дредах. Девушка тут же привлекла к себе внимание всего мужского населения. А когда заиграла заказанная ей минусовка, и Маринка запела, даже у меня сердце дрогнуло.

Ее голос был такой сильный и мощный, а песня была проникновенной. Что-то о неразделенной любви. По мне слишком личная «вещичка» для подобного мероприятия, но зал был в восторге. На протяжении всей песни она не сводила заигрывающего взгляда с одного из дальних столиков. И когда песня была завершена, а Маринка спустилась со сцены, я не выдержала и обернулась.

Сердце полоснуло острым лезвием. Через два столика от нас, я увидела его. Солнце уже село, и его профиль выделялся из темноты бледным светом фонаря. Но даже в этом полумраке я могла рассмотреть каждую его ресничку, каждую морщинку на его лице. Я видела, как его губы припали к бокалу, когда он поднес его к лицу, видела, как дернулся кадык, когда он сглотнул горькую жидкость. Кажется, я даже вкус ее почувствовала.