Забери мою боль

После того, как она заявила о разрыве, мою крышу сносит напрочь, когда речь заходит об этом. Я знаю, что веду себя как м*дак. Но, предательство Юли все еще давит на меня.

Остап забирает заказ, мы усаживаемся за самым дальним столиком.

– Слушай, брат, – говорит он, вытирая жирный рот салфеткой. Остап ест слишком много этой дряни. У него и раньше были проблемы с выносливостью. А сейчас он раздался в весе. – Сегодня снова клиенты жаловались на тебя.

Твою мать! Так и думал, что тот очкарик все-таки настучит.

– Мужик, этот идиот торчал всю тренировку в телефоне.

Калюжный выглядит недовольным.

– Ты выбросил его в мусорку.

– Да, потому что он не занимался. Моя задача – провести полноценную тренировку.

– Илай, твоя задача, чтобы клиент был доволен. Я рад помочь тебе, рад сделать все, чтобы после тюрьмы ты спокойно оклемался и решил, чем будешь заниматься, но, брат, это мой клуб, и ты портишь мне бизнес.

Я засмеялся.

– Да ты шутишь! Я, бл*ть, бросил в мусорку его телефон, а не его самого же! Пусть скажет спасибо, – швырнул салфетку и отпил колы.

Остап молча наблюдал за мной.

– Илай, я знаю, что мои слова взбесят тебя, но ты должен вернуться. Бои – это твое. Все остальное тебе не принесет ни удовольствия, ни денег.

– С деньгами у меня нет проблем.

– Пока нет, Илай. Сколько у тебя на счету осталось? Ты отдал все на адвокатов. Максимум, еще полгода спокойной жизни, потом ты даже свою Хонду не сможешь обслужить, я уже не говорю о телках.

Меня злили его слова.

Можно подумать, я не хотел бы вернуться. Но, бл*ть, четыре года за плечами. Четыре потерянных года в запертой клетке. Без боев и нормальных тренировок.

– Я потерял форму, и не собираюсь быть посмешищем. За меня никто не возьмется.

Остап все еще пялился на меня. И это чертовски бесило.

– Палач.

Резко толкнул стол, он врезался в Остапа.

– Бл*ть, – разозлился на себя. Прикрыл глаза, сжимая переносицу. Постарался выдохнуть.

– Слушай, брат, если ты хочешь, чтобы я сел еще лет на десять за преднамеренное убийство, то валяй, – процедил сквозь зубы.

 – Я этого ублюдка видеть не хочу. И не только видеть. Если тебе жить не надоело, не произноси при мне это имя.

– Илай, но у него есть зал, и он хочет взять тебя! Он хочет вернуть тебя на ринг!

Засмеялся.

– Это он тебе сказал?

– Он говорит, что ты трубу не берешь, что видеть его не хочешь.

Посмотрел на него насмешливо.

– Я думал, он хочет видеть только вагину Юли.