Забирая Еву

Кое-как выровняв дыхание, мы слезаем со стола и приведя свой внешний вид в порядок, усаживаемся на диван, стоящий вдоль дальней стены кабинета.

– Ну здравствуй, любимая, – Егор целует мои губы, когда я усаживаюсь к нему на колени.

– Ненавижу, когда ты не рядом, – шепчу, прижимаясь щекой к его груди. Слушаю его грохочущее сердце.

– Как ты тут? – лениво перебирает он пряди моих волос.

– Плохо, но выжила.

– Опять Кирилл обижал?

В его голосе волнение, но я не хочу сейчас портить момент негативом.

– Мне кажется, он тебя ко мне ревнует, – пытаюсь перевести все на шутку.

– Что на этот раз? – Егор отстраняется и заглядывает в мои глаза.

– Не бери в голову, главное, что ты рядом и больше никто меня не обидит.

– Ладно, малыш, нужно работать. Вечером в ресторан поедем, – он снова целует меня и подталкивает под попу, поднимая с дивана.

Спустя полчаса, Егор вызывает всех на совещание. Несмотря на приятное начало дня, сейчас он строг и требователен к сотрудникам. Отчитывает буквально каждого.

Я так понимаю, для того чтобы напомнить, кто тут папочка. Колесникову, конечно же, достается больше всех. А к концу совещания, Егор, совсем разойдясь, грозит Колесу взысканием. Что-то тут не чисто. Видимо Кирилл снова дел нехороших натворил.

Желая немножко охладить пыл негодующего начальника, набираю ему сообщение:

«Смотрю на твой стол и вспоминаю, как ты брал меня на нем полчаса назад…»

Отправляю сообщение и жду реакции. Егор сокрушается о невыполненных показателях, требуя от ребят сверхурочной работы.

Почувствовав вибрацию телефона, лежащего на столе, не прекращая говорить, открывает сообщение. Пауза… Уголок его губ вздрагивает, и он поднимает мимолетный взгляд на меня, с целой бездной чертят и порочными обещаниями расправы.

Спустя десять минут совещание заканчиается.

Нинка хитро подмигивает мне, когда я прохожу мимо нее. Показываю ей язык и напоминаю, чтобы она не смела убегать от меня в обед. Спустя еще час канцелярия приносит отписанные Егором документы.

Кладу перед собой пачку новых производств и прочитав резолюцию на одном из них, улыбаюсь во все тридцать два.

«Ева Сергеевна, возбудитесь!»

Мастер двусмысленных предложений.

Еле дожидаюсь обеденного перерыва. За одну минуту до его начала, забегаю за Нинкой и тяну ее в кафе. После утреннего марафона жуть как хочется есть. Но как бы ни было сейчас хорошо, ощущение тревоги, поселившееся в моей душе чуть больше полугода назад, никуда не исчезает.