Клуб Рейвен

– Да, господа, обидно, что весь наш удел – это официантки из провинциальных заведений, – наигранно печально вздохнул Коул. – Выберешь аристократку из нашего круга – так на ней сразу придется жениться… Городские же авалонские ведьмочки только и мечтают, что о наших кошельках да о титулах. Вот и приходится коротать вечера с теми, кто не требует абсолютно ничего, кроме внимания…

– Не забывайся, Коул, – насмешливо произнес Дориан. – Аристократ ты лишь на Нью-Авалоне, а в Хэксбридже – простолюдин, мальчик на побегушках в городском кафе.

Принимать заказы и разносить еду и выпивку на больших блестящих подносах… Недостойно, должно быть, для единственного сына магистра?

– Моя подработка не может считаться недостойной, – недовольно произнес командир. – «Шеффердс Пай» – удобный наблюдательный пункт. Своеобразное средоточие слухов и сплетен Хэксбриджа. Туда приходят все. От простых рыбаков до чиновников Нью-Авалона, перешедших через «мост», чтобы подышать свежим морским воздухом и выпить чашечку кофе.

– А еще там работают хорошенькие официантки, – злорадно рассмеялся Марк и заглушил двигатель.

– Все, закончили трепаться, – резко приказал Коул, становясь серьезным.

К их рендж роверу уже подходили трое парней в форменных куртках охотников, а с ними, прихрамывая на левую ногу, шел неопрятный пожилой мужчина с ортопедической тростью в руке.

Дориан вышел из машины и неторопливо огляделся, пока Коул переговаривался с командиром вспомогательного отряда.

Несмотря на то, что дождь уже перестал, на окраинной улице было чересчур пусто. Охотники, собравшиеся возле старого коттеджа, должны были привлечь немало внимания у местных жителей. Но одноэтажные постройки, заросшие сорняком чуть ли не до самых крыш, молчаливо косились на магов темными окнами. Соседям не было никакого дела до того, что гостей одного из домов вот-вот жестоко убьют.

Решительно скомкав листок с номером телефона, он выкинул его куда-то в сторону и, обойдя автомобиль, присоединился к остальным.

– Клянусь, не знал я, не знал, что они… эти самые… – хрипло оправдывался мужчина, переводя взгляд с одного охотника на другого и почесывая седую щетину на подбородке. Его водянистые глаза с желтоватыми белками выражали такое искреннее раскаяние, что верилось в него с трудом.