Клуб Рейвен

 – Если ты вдруг что-то почувствуешь… Или если снова начнешь видеть что-то странное… Пожалуйста, сразу же скажи нам. Это важно.

– Конечно, мама, – кивнула Деми. – Мои таблетки всегда со мной.

* * *

В одноэтажном коттедже колдуна было темно и грязно. Свет проникал сквозь мутные окна и линялые, в старых пятнах занавески, слабо освещая гостиную, совмещенную с кухней. Никакого холла или прихожей здесь не было и в помине – жилая часть начиналась сразу же со входной двери. Старик предпочитал вешать верхнюю одежду на длинный гнутый гвоздь, вбитый в стену.

На дощатом полу, под грудой запылившихся курток, одной кучей были навалены стоптанные ботинки и грязные сапоги. Тут же валялся всякий мусор. Под ногами шуршали полиэтиленовые пакеты, обертки от снеков и сигаретные бычки.

Захламленный дом словно бы отражал всю сущность своего хозяина, мистера Макнила. Он пах застарелым потом, куревом и непроходящим перегаром.

– Слишком тихо, – шепотом проговорил Марк, неуверенно оглядываясь по сторонам.

 – Если бы Гилланы были здесь, они бы уже узнали о нашем прибытии.

– И поспешили бы спрятаться или сбежать, – негромко сказал Дориан.

– Обыскать дом, – приказал Коул и тут же двинулся к распахнутой двери, ведущей направо.

Дориан и Марк пошли налево, вдоль журнального столика, заваленного пустыми пивными банками, упаковками от готовой еды и пожелтевшими, но ни разу не развернутыми газетами. Обивка продавленного коричневого дивана, стоявшего рядом, издалека казалась пятнистой из-за круглых дырок, прожженных сигаретами.

За углом обнаружилась кухня, такая же старая и замусоренная, как все вокруг.

– Что творится с темными, когда они живут по соседству с обычными людьми, – презрительно проговорил Дориан, морща нос. – Готов поспорить, старикан уже давно не практикует.

Он обошел обеденный стол с одиноким деревянным стулом и, осторожно приоткрыв дверь, ведущую вглубь дома, заглянул в коридор. Слабый свет, проникший туда из кухни, осветил обшарпанные стены, на которых еще можно было разглядеть обои в мелкий цветочек.

Внимание Дориана привлекло нечто необычное на металлической двери, располагавшейся рядом с кладовкой.

Поверх черной краски, точно в центре, виднелся какой-то знак, поспешно начерченный белым мелом. Дориан узнал в этих ломаных линиях, напоминающих переплетенные между собой прутья решетки с острыми шипами, редкую руну, сложную в исполнении. Руну «темницы».