Страшная сказка

На кухне я встретила мать, которая разговаривала с отцом, и судя по их лицам – разговор шел обо мне. Я поздоровалась и села за стол. Мать тут же вскочила с места – словно один мой вид вызывал у нее неудержимое желание проблеваться.

Снова, сейчас она снова покажет себя в своем сучьем обличии.

А потом я почувствовала, что стол дрогнул – это мать швырнула на него тарелку с яичницей.

– Ешь, – бросила она мне и поставила миску с кашей с такой силой, что я могла поклясться – днище тарелки пошло трещинами.

– Спасибо, мам, – ответила я, качая головой. Вопросительно посмотрела на отца – тот только помотал головой.

Ели мы с отцом в тишине. Мать отошла к плите, и я кожей чувствовала ее тяжелое дыхание.

– Софи, – позвал меня отец в тот момент, когда гнетущая тишина начала давить на голову не хуже пыточных тисков.

– Что?

– Ты кое-что обещала нам вчера.

– Обещала? Я? Что-то не припомню… – я сделала удивленное лицо.

Резкий взгляд отца и наступившая следом тишина, вместо аплодисментов встретившая нерадивого клоуна, оборвали у меня все желание кривляться.

– Ах, это… Ну да. Конечно, – ускользнувший из-под моего присмотра яд, разумеется, предназначался только для материнских ушей.

И знаете что? Я рассказала им о Марке. Сказала, что это мой старый знакомый (хоть Моррису и было известно, что Марк впервые приехал в Лау этой весной, мать этого знать, конечно, не могла), рассказала о пикнике и о том, что мне чертовски жаль, что я заставила их нервничать.

– Кхм… – нахмурился отец, выслушав меня. – Может, ты и сказала нам правду, может и нет. Это известно только господу Богу. Во всяком случае, это очень похоже на правду. Хм… – отец посмотрел на мать и сказал: – Софи, мы думаем, что тебе лучше не ходить одной по городу. По крайней мере, до конца этой недели. Завтра утром я отвезу тебя на работу, а потом заберу в шесть часов вечера домой.

Закончив с неудобным для него разговором, он принялся за кофе. Слегка улыбаясь (тоже мне наказание!), я потянулась за печеньем, и в тот момент мать, в упор глядя на отца, выразительно прочистила горло.

– И еще… На выходных ты будешь гулять только в пределах нашего участка.

Черт, а вот с этим уже посложнее. Я увидела, что отец, скривив лицо, повернулся ко мне с таким видом, словно извинялся за свои последние слова.

Я знаю, пап, знаю… Ты не хотел ничего подобного.