День под плохой звездой. Колонизация Марса II

Особенно, когда начальство было в замешательстве от перспектив потерять собственное лицо, не имея для фона еще менее способных на разумные действия. Герман Шнеешварцвальде тоже решил высказать свое мнение, поддержав коллегу, хотя обычно он редко считал его хорошим лидером и примером для подражания:

– Мне не нравится, что нас начинают считать наемниками, а не военными. Не военными, готовыми охранять самые жирные куски денег, власти, престижа, чтобы грязные дельцы рыдали, но не получали их, когда это было бы губительно для общества.

– Мы становимся не нужны, когда речь идет о крупных прибылях. Потенциальные партнеры говорят только о ничтожных контрактах, бесперспективных по вложению и престижу работах, а сами нашли способ выйти на первые страницы газет, совершенно забыв о том, что союзники уже давно и скромно стоят в очереди на получение грамоты? Такой же грамоты, которая положена всем, кто готов показать ум и талант? Но, еще за спиной понимая, что обход наших служб будет воспринят (не нами, но нашими самыми недоброжелательными критиками), будто нас вышвыривают нас голыми из чужого дома.

 – Вальтер Берггеен был в ярости.

Дитрих редко считал, что существует кто-то, кто еще не обязан Германии всем, что имеет.

– Система акций нового направления именная?

– Нет, часть пакета выпущено на предъявителя.

– Таким образом, возможно прикрытие одной компанией через другую без объявления владельца.

– Вы знаете, что если при такой системе собственности один из владельцев все же будет тайным, но у него будут украдены акции на предъявителя, участник мошенничества может спокойно занимать свое новое место, пока дело не будет раскрыто.

Если сам космический бизнес, который давно считается престижным, привлечет внимание аферистов всех мастей из-за неудачных бюрократических решений по поиску мошенничества, мы получим очередной бум злоупотреблений. По законам некоторых стран компанию держателей акций можно зарегистрировать, если ими владеет восемь из десяти сотрудников являются держателями акций и есть не менее трех членов совета директоров.  – Берггеен оглядел собравшихся, обращаясь к ним за комментариями. Вольф Шпетербаум начал первым.

– Вы считаете, что сама программа в таком виде возникает из-за того, что кто-то хочет быть тайным владельцем и имеет сомнительные цели?

– Я не хочу подозревать, что в открытии программ замешано лобби торговцев краденым или биологических террористов. Но буду неправ, если отброшу подозрения полностью.