Ты – Мой Яд

Тело сводит в судороге под ней и сердце галопом бежит в отрыв, когда неотразимая мерзавка плавно двигает бедрами и рвано стонет мне в рот. Мысленно от девицы пытаюсь удрать, по пути отбиваясь от нехилой отдачи, шарахающей пониманием по башке, что меня охуенно разрывает на части в сексе с ней.

Капитуляция! (прим. зловещего автора: не обольщайтесь, все самое интересное впереди)

Умело крутит жопой и упирается, словно в защите влажным лбом в плечо.

– Не сбивай… – со стоном выдыхает. – Не останавливай, – полосовала ногтями кожу на спине между лопатками.

А я, и так ни при делах. Она захлебывалась в своих ощущениях и не замечала того, что не совершаю толчков. Девчонка сидя, лихо прыгала на напряженном с пульсирующей головкой члене, вертела бедрами и, полностью отдаваясь процессу, мучительно закатывала глаза.

– Ты охуительная… – шепотом сказал.

Поймав туманный взгляд друг друга, синхронно дерзко ухмыльнулись.

Полное подчинение мне. Впервые за все время, её настрой ощутимо поменялся.

Расслабилась в моих руках, будто по-настоящему отпустила себя. Оголенная на нерв, открытая без фальшивых масок, на чистых первобытных инстинктах и огненном кайфе обвивает мою шею рукой, ладонью касается с левой стороны подбородка и пальцами нежно оглаживает скулу. Завораживающе змеей пластично двигается на мне, словно под доносившуюся до нас ритмичную музыку и одной рукой у корней зарывается в свои волосы.

Признаю себя побежденным.

Я поплыл, а она снова ведет.

Жадно набрасываюсь на стерву, втягивая в себя её, играющий во рту, язык. С мокрым звуком внизу, где плоть к плоти сплетаемся с ней, страстно сжираю чувственный маленький рот и зализываю как животное на острых плечах языком, оставленные мной, покрасневшие укусы.

– Я сейчас, – прошептала мне в губы, сигнализируя, что нужно ускориться. – Я на таблетках.

Прикрываю глаза и на шумном рваном выдохе, вонзаюсь руками в таз девчонки. В пару жестких резких толчков, заставляю Мерзавку заорать и вслед за мной кончить.

Пока, горячая сперма выстреливала в сокращающимся гладком влагалище, картинка перед глазами и звуки смешивались в размытый скачущий гул в ушах, а сердце, как никогда безумно молотком колотилось в горле.

Закрыл глаза и, выпустив из рук девчонку, уставший, повалился ничком на кровать. Недосып брал своё.

– Лера, – отдаленно раздалось, вновь ровным отрешенным тоном.