Мёртвая жизнь

– Как думаете, – спросил Грац, не сводя глаз с изображения, – что это?

Гертруда пожала плечами.

– Какое-то отверстие для сброса, – высказал предположение Захар. Он подумал: что можно сбрасывать через дыру такого диаметра на космическом корабле? Никаких вариантов не придумалось.

– Может, это что-то вроде кишечной трубки. Терминальный отдел, чтобы избавляться от продуктов… метаболизма? – сказал Клюгштайн.

«Биологическая точка зрения? А ведь это не лишено смысла, – подумал Захар. – Биолог видел сходство с функциями живого организма.

Уж не думает ли он, что эта громадина живая?»

Лившиц внезапно захохотал в голос. Он смеялся так, что по щекам потекли слезы.

– Что с вами? – неприязненно осведомился Грац.

– Я так и знал, – захлебываясь от смеха, проговорил внеземелец, – что это большая космическая задница. Молодец, Фриц! Здорово вы их!

Клюгштайн виновато посмотрел на Станислава.

– Я не имел в виду… – начал он.

– Оставьте, Фриц, – бросив на Лившица злобный взгляд, сказал Грац, – совершенно незачем оправдываться.

Мы понимаем, что вы имели в виду.

Дыра в гладком корпусе Хозяина Тьмы имела диаметр тридцать с лишним метров. Края ее закруглялись внутрь, плавно и не совсем равномерно, отчего создавалось впечатление, что отверстие не просверлили или собрали в таком виде из деталей, а вылепили, вдавив внутрь материал, из которого сделан весь корабль, гигантским пальцем.

Кибер висел точно в центре, в нескольких метрах от жерла тоннеля, ожидая распоряжений хозяев. Ему было все равно, он не ведал сомнений и страхов.

Только слабый инстинкт самосохранения, заложенный в его недоразвитый мозг создателями, позволял принимать решения самостоятельно, отклоняясь от поставленной задачи ровно настолько, насколько необходимо, чтобы остаться в живых.

Захар мысленно отдал команду киберу войти в ход. Креветка шевельнула лапками и, выпустив струю газа, медленно двинулась внутрь. Можно подключиться к восприятию робота, прочувствовать все движения, смотреть его глазами, намного более совершенными, чем глаза человека, но Захар не хотел этого.

Ему было боязно оказаться в корабле чужих. Даже виртуальное погружение в этого монстра казалось Захару пугающей авантюрой.

Кибер продвигался вперед – никакой реакции со стороны Хозяина Тьмы. Радиодиапазон молчал. Световых эффектов тоже не наблюдалось – гигантский объект оправдывал данное ему людьми имя.

Прожекторы ремонтника шарили по стенкам тоннеля, освещая нутро исполинского корабля.