Сбежать от шейха

Из моей комнаты забирают нетронутый обед и приносят ужин, но еда по-прежнему остывает на столе. Мне не хочется есть, не хочется пить. Лишь слышу тот первый крик моего малыша и потихоньку схожу с ума.

Засыпаю уже ночью, снова свернувшись на кровати калачиком. Мне снятся Дима с тётей Глашей, оба ругают меня за то, что вернулась к Халиму. Приходит и он. Стоит и буравит меня своим чёрным взглядом. Где-то плачет малыш и я зову его, бегу, спотыкаюсь и падаю, но его крики отдаляются с каждой секундой.

Вскакиваю с криком, зажимаю рот ладонью.

Так хочется орать до посинения. Орать, пока он, наконец, не расслышит.

Наливаю себе в стакан воды, делаю несколько глотков. В комнате душно и жарко, нужно включить кондиционер. Беру пульт, ставлю на минимальную температуру и встаю, чтобы приоткрыть ненадолго окно. Проветрив, закрываю его и застываю в темноте.

Я не одна. Чувствую это всем телом. Кто-то стоит прямо за моей спиной. От ужаса сковывает конечности и пропадает голос. Однажды я чувствовала подобное, когда убийца пришёл, чтобы задушить меня.

До сих пор ощущаю на шее верёвку.

– Кто здесь? – задаю вопрос, глядя во мрак. – Я сейчас закричу.

Слышится смешок. От него волоски на коже становятся дыбом.

– Кто ты?! – повышаю голос.

Кто-то зажимает мне рот, приставляет к горлу нож. Скользит лезвием по шее, и я узнаю его. Мужчину, который меня удерживает. Его запах, прикосновения, холод лезвия в его руках… Да, это Он. Пришёл за тем, что принадлежит ему.

ГЛАВА 16

– Здравствуй, Райхана, – звучит шёпот, от которого по телу разбегаются мурашки.

Слишком хорошо знаю его. Знаю, что сейчас он возбужден. И мне это на руку. Значит, его помешательство не прошло.

– Здравствуй, Халим, – мой голос не дрожит, хотя колотит всё тело. И он не может этого не чувствовать.

– Скучала? – чуть вдавливает лезвие в кожу, упирается эрекцией в мою спину. От него пахнет алкоголем и дымом кальяна.

– Да, – говорю правду. Я действительно скучала по этому чудовищу.

 – Где мой сын, Халим? Это ведь ты его забрал.

– Это и мой сын! – хватает меня за шею сзади, грубо разворачивает к себе.

– Да, твой. Но не только твой. Это я носила его под сердцем. Я его рожала. Ты не можешь просто взять и лишить его матери, а меня сына. Ты ведь не такой, Халим. Я знаю, что ты меня любишь. Какой-то дико странной любовью, но всё же любишь. Ты не можешь так поступить со мной.

– Сейчас мы будем говорить не обо мне, Райхана. А о тебе.