Заложники пустоты

Её теперь не сбить с курса: начала рыдать, значит, не успокоится, пока вдруг её внимание не привлечет что-то другое. Одна беда – в их доме почти нечему привлечь внимания. Лёшке было жаль бабушку, очень жаль, но поделать он ничего не мог. Да и не стоило ничего в такой ситуации делать – так сказал тот доктор. Только ждать.

Когда станет еще хуже.

За грязным, уже год немытым окном продолжали свой бег темные тучи, поливающие землю мелким противным дождем. Уже весна, совсем не холодно, градусов десять тепла, не меньше, но даже на вид снаружи было сыро и неуютно.

Очень не хотелось туда, страшно не хотелось пополнить и так огромную армию бездомных.

Только иначе лечение бабушки не оплатить. Лёшка всё посчитал – денег за квартиру должно хватить. Может быть, даже что-то останется. Несколько раз он заходил в офисы контор, занимающихся торговлей недвижимостью, но так и не решился заговорить с клерками.

Ему, молодому и здоровому, не хотелось на улицу. А бабушке и вовсе там не выжить.

На площадке внизу резвились дети.

Лет десяти. Маленькие, похожие с высоты двадцатого этажа на муравьев фигурки, не обращая внимания на дождь, весело прыгали по подвесным дорожкам, катались на качелях и что-то лепили в песочнице. Детская площадка была новой, поставили меньше месяца назад. Значит, есть деньги в бюджете. Значит, начала налаживаться жизнь.

Только не у Лёшки, у других.

Он надел не по сезону теплую куртку – главное, она не промокает, – повесил на плечо небольшую сумку и вышел из дома.

Бабушка на кухне продолжала причитать по поводу отсутствия картошки. Ну нет больше сил на это смотреть. И слушать – тоже нет.

Загаженный и покореженный лифт, подозрительно поскрипывая, спускался вниз. «Трахни меня, если хочешь», и номер коммуникатора. Наверняка написал отвергнутый хозяйкой этого коммуникатора шалопай. В отместку. Нацарапал нетвердой рукой, ощущая себя победителем. Лёшке бы его проблемы.

Он открыл дверь парадного, ветер тут же бросил в лицо пригоршню противной холодной мороси.

Лёшка поморщился.

Идти недалеко, всего три остановки троллейбуса. Так что тратить деньги на общественный транспорт нет никакого резона.

Он шел быстро, натянув капюшон и вжимая голову в плечи – так меньше влаги попадало за шиворот. Хотелось поскорее добраться, спрятаться в тепле.

Шумящая во дворе детвора, которой нипочем даже холодный апрельский дождь, осталась позади. Теперь Лёшка шёл мимо высокого ободранного забора.