Заложники пустоты

Так что, когда немытые пальцы коснулись аккуратненьких ровных пачек по сто тысячеевродиновых бумажек в каждой, оторваться от такого сокровища было уже никак невозможно. Это был шанс. Первый и последний в жизни – забыть про собачек и мясников, убраться отсюда и зажить нормальной жизнью. Куда убраться и как именно зажить, в тот момент он не задумывался. А сейчас желание подумать об этом возникало, но совершенно не было времени. Очень уж велика перспектива распрощаться с собачками и мясниками навсегда, так никуда и не уехав.

Впереди стена. Невысокая, метра три всего. Поверхность шероховатая. Давай же, с разбега!

Пальцы скребут по бетону, оставляя кровавые полосы и белые кусочки сорванных ногтей.

А ты и не знал, что люди способны на такое, ведь так?

Знал, не знал – какая разница? Наверное, знал. И тот хмырь, что выдал ему эти злосчастные пачки евродинов, скорее всего, тоже знал. Иначе не подвалил бы к нему, другого кого-нибудь выбрал бы.

На миг в памяти ожила картинка из прошлого – яркое солнце, бьющее прямо в глаза, игриво выглядывает из-за скалы, на которой он висит, вцепившись в теплый шероховатый камень пальцами левой руки.

И никаких страховок. Страховки – это для неудачников. А его жена – тогда она еще не была женой – стоит на утесе в пяти метрах под ним и смеется. Радуется жизни. Тепло, весело, классно. Тогда не было никакой Станции, никаких мясников, и маме в голову не могло прийти завести мерзопакостного французского бульдога. Но всё течет, всё изменяется.

Пули вошли в забор рядом с коленкой с сочным уханьем и треском крошащегося бетона. Не останавливаться, главное – ни секунды промедления. Следующая пуля найдет цель.

Только куда дальше? Пальцы, не чувствуя боли, мертвой хваткой впились в край забора. Один рывок, и будешь наверху. Но дальше пути нет – сверху забор украшали густые мотки сверкающей в свете прожекторов проволоки. По ней наверняка пропустили ток, попробуй прикоснуться, и превратишься в жаркое.

Вместе с деньгами ему выдали пластиковый пропуск и маленькую черную палочку.

Даже – штырёк. Рассказали, куда прийти, что сказать, кому показать пропуск и в какую щель сунуть пластиковую карточку. На входе у них стоит стационарный наноскоп, но чувствительный прибор ничего подозрительного в черном штырьке, который на всякий случай спрятан за подкладку пиджака, не обнаружил. Или наноскоп обнаружил, но охранник не обратил внимания?

Не важно. Теперь не важно.