Братство Чёрной Птицы

Неужели это правда? Это начала конца для неё? Она вдруг по-другому взглянула на своего спутника. За маской обаятельного кавалера скрывается жестокий убийца, монстр, у которого руки по локоть в крови. Интересно, он бы убил ту женщину, если бы она не остановила его выстрелами? Скорее всего…

Боже мой, в какую же авантюра она ввязалась?! Сейчас могла бы спокойно жить в Торсе, зарабатывать охотой, найти себе какого-нибудь паренька и выйти замуж. Возможно, это был бы Хайл – милый механик из местного бюро по ремонту автоматов, который каждое утро приносил ей цветы под дверь, а каждую субботу настойчиво приглашал её в паб на вечер танцев.

Или может Ролл – долговязый, застенчивый, но очень одарённый журналист из маленькой газеты, который однажды взял у неё интервью и безответно влюбился. Почти в каждом номере печатал для неё стихи, дурачок.

Может, так и было бы, но всё изменилось, когда умер отец. Уже успело пройти несколько дней, и она, чтобы совсем не погрузится в отчаянье, решила заняться излюбленным делом: охотой на белок.

***

Живность будто почувствовала, что девушка идёт по её шкурку, и попряталась подальше от греха. Осенний лес в ту пору уже совсем сбросил листву, и глубокий бурый ковёр успел покрыться лёгким инеем. Дни становились всё короче, а ночи – всё холоднее. И это была лишь самая малая напасть, которая поджидали Сэм на пороге зимы. В городе поговаривали, что белые волки – вторые из опаснейших хищников крайнего севера – стали резко мигрировать на юг.

Что стало причиной тому – не понятно, однако несколько охотников и охранных паровых автоматов с ними исчезли без следа. И теперь, когда алый диск солнца уже успел наполовину исчезнуть за горизонтом, Сэм старалась не отходить далеко от города. Но это было чертовски трудно, зная, что основная её добыча обитала там, за холмами, где лес был особенно дремучим и не проходимым.

Тяжело вздохнув и, бросив последний печальный взгляд на крутые склоны, девушка повернула назад, довольствуясь своим скудным результатом – три зверька, подвешенные за хвост на поясе.

А ведь летом она могла приносить по несколько десятков за один поход.

Становилось всё холоднее. Хотя на ней и были толстая льняная рубаха, жилет на беличьем меху и штаны из медвежьей кожи, всё равно ледяной ветер пробирал до самых костей. Стоило ей лишь на секунду расслабиться, как он тут же налетал вновь, проникая под одежду, и заставлял девушку проклинать всё вокруг и плотнее закутываться.