Четвёртая ноосфера

Спасибо, прядь вашу! Разбудили. Однако, вы от меня так просто не отделаетесь. Всё вы, барышни, знаете. И мне всё расскажете: где сейчас Эля, почему не откликается и какого гыргына мы ничего не знали о её сестре.

– Эй! Славик, ау! Ты оглох?

– Ты чего орёшь? Через гостиную не можешь?

– Да ты не пускаешь. Закрылся ото всех, мечтатель-улыбатель. Какую пакость планируешь?

– Тридцать восьмую. Так что там у тебя?

– Я спрашиваю, ты пойдёшь на Клима Румяна?

– На кого?

– На Клима Румяна. Он прямо сюда, в шарагу приезжает.

Придумаешь какой-нибудь сюрприз? Ты же умеешь удивлять.

– Угу. Значит, Клим Румян? Это хорошо.

– Вот! Слышите, щамыки? Обломались?

– Давайте… – продолжаю я, – Давайте пригласим его…

– На лодках покататься?

– Нет. Давайте пригласим его в наш замечательный лес.

– К чему ты клонишь? На пикник пригласить?

– Нет, пикник – это не по чину. Просто Выкван говорит, что там, в лесу, где-то валяется труп Марко де Лукво. Да, Выкван? Это же у него наш кандидат учился на шута?

– Чего?

– Того.

Доучиваться надо. Лучше помоги мне с гущей, а то я совсем завяз.

– Какая гуща, ты что, не втыкаешь, кто такой Клим Румян?

– Сам ты не втыкаешь, – встревает новое лицо. – Если собираешься идти на это чучело. Это ж кем надо быть? Ладно бы шутил интересно, так нет, ыттын же вонючий, а не агитация…

– А ты вообще молчи. Это тебе не фонари перекрашивать, это глобальная политика! Румян такие вещи говорит, что его старпёры из Верховных Пальцев боятся.

– Ага, боятся, что он своим бредом всю мять отожрёт.

А он отожрёт! И не только у этих гадов, но и у простых людей, а у нас и так с мятью не щащагты.

– Мять, мять, одна мять на уме. Румян хоть не стесняется говорить, что есть ценности…

– Да какие ценности? Да он начитался сказок из слепых времён. А вы прихожие развесили, сами ему мять поставляете, за просто так. Да у него этой мяти уже столько, что пэркыёна емык, мог бы что покруче придумать, чем блеять за сплочение против усатого брата.

– Да валить надо, щамыки! Если Румяна изберут, ты слово Щепь не сможешь даже вспомнить.

Только под душем и в туалете при поносе, чтоб на людях не болтал.

– Да при чём тут болтал, не болтал? Это же Румян!

– Да ты послушай, что он вякает. Объединение, сплочение – да он СРаМарь, каких свет не видывал.

– Рытымлятык! Румян за Щепь!

– Заткнитесь оба. А ты вообще молчи. Не хочешь голосовать, живи за свою Щепь, корми инородных узлов, как ваши предки, авось ещё кого освободишь.