Лимитерия

Из дула её револьвера исходил дымок.

Рыжик, как ни странно, отступил, и Хог решил поступить разумно. Ребята отошли друг от друга, после чего подбежавшая к ним Сахарова встала между ними.

– Какого чёрта, Эс Корт? – рявкнула шатенка, гневно глядя на рыжего задиру. – Думаешь, раз лидера нет на кордоне – значит, можно устраивать драки?

«Лидера? Так этот хрен тоже из команды, что ли?», – подумал Хог. Как оказалось, да, – ибо Эс, вздохнув, достал из кармана красную повязку и завязал её на своём лбу. И улыбнулся проказливо, брякнув:

– Юлька, а я говорил тебе, что ты, когда злишься, становишься очень милой?

В таверне расхохотались.

– Поверь, ты будешь страшно разочарован во мне, когда я доложу лидеру о произошедшем, – хмуро отчеканила Юля, но Эсу, похоже, нравилось лицезреть именно такую Юлю – недовольную, рассерженную, угрожающую.

– Твой вредный характер не помешает мне тебя любить ещё сильнее.

Сахарова стиснула зубы от злости. Лимит вдруг подумал, что она сейчас пристрелит Корта, однако этого не произошло.

К счастью или к сожалению – неизвестно.

– Ну а ты, Хог, зачем ввязался в драку с этим…? – Юля даже имя Эса не стала произносить: настолько противен он ей был. – Неужели не видел, какой придурок до тебя докопался? Мог бы меня позвать!

– Вот делать мне больше нечего, кроме как за кем-то прятаться, – фыркнул Лимит. Сахарова тяжело вздохнула. Ей и с одним-то драчуном тяжко приходилось, а тут второй ещё нарисовался.

– Короче, ты! – девушка грубо ткнула дулом пистолета в грудь Корта.

 – Всё, что сломал – починишь! И попробуй мне только сбежать!

– Ты меня подстрелишь, как курочку? – с дебильной улыбкой спросил рыжик. Красноглазка посмотрела на него настолько убийственным взглядом, что парень вдруг перехотел дурачиться. – П-понял, Юлька! Сделаю всё в лучшем виде!

***

– Потерпи, пожалуйста. Будет немного печь.

Что это за лекарство? А чёрт его знает. Разве что ватка, пропитанная им, при соприкосновении с раной обжигала не хуже раскалённого прута, из-за чего Хог шипел сквозь стиснутые зубы.

Юля тоже не получала удовольствия от «познавания» болевого порога Лимита, но за неимением мёртвой воды оставался лишь сей вариант. Пряник послушно сидел подле хозяина, жалостно на него глядя.

Юля покончила с обеззараживанием боевой раны Хога, чуть-чуть подула на неё и улыбнулась.

– Всё.

– Ну наконец-то! – воскликнул парень. После драки в таверне он чувствовал себя донельзя паршиво, но лишь потому, что она прервалась.