Мурмания

На горизонте всё та же картина – голые деревья, пустые улицы, заброшенные дома. Где-то за домами глухо и отдалённо звучит жалобный голос голодной кошки. Ему в ответ, гораздо более звонко и близко завывает пёс. Нет, картина, представшая серо-голубым глазам рыжего котёнка, совсем не та, что раньше. Она намного обширнее и мрачнее, она – безоговорочное заключение печального исхода, она – отчаяние, отчаяние, что отразилось теперь в его широких кошачьих глазах. Пёс перестал выть, теперь он громко залаял.

Лай становился всё ближе и ближе, будто закрывая для рыжего котёнка последнюю спасительную дверь. Рыжий взъерошенный комок вздрогнул под очередным порывом холодного ветра, а его взгляд растерянно забегал по сторонам. Вслед за взглядом раздался беспомощный возглас: «Мяяя-яя-ууу-у…»

– Эй, хватит лаять! – прозвучал внизу чей-то звонкий голосок.

Лохматый пёс не унимался. Он продолжал заливаться безумным лаем, не выпуская ни на секунду из фокуса своего зрения рыжее пятно наверху.

Маленькая смуглая ладонь коснулась его кучерявой спины. Пёс встревоженно обернулся и с рыком оскалил зубы.

– Тихо, тихо, хорошая собачка, у меня для тебя кое-что есть, – продолжил всё тот же голосок.

Тонкие пальцы, покрытые царапинами и мозолями, ловко нырнули в широкую кожаную сумку и уже через мгновение держали перед собачьим носом начатую пачку сосисок. Пёс тут же спрятал недружелюбный оскал и хотел было ткнуться мордой в пачку, чтобы её хорошенько обнюхать, но те же тонкие пальцы внезапно отстранили её от собачьего носа.

– Не так быстро! – воскликнул голосок. – Не ты один хочешь есть. Да и какая нормальная собака будет есть сосиску вместе с этой полиэтиленовой плёнкой? Нормальная собака… О чём это я? Здесь вообще нормальностью никакой и не пахнет. Правда, пёсик?

Пёсик жалобно посмотрел на удаляющуюся пачку сосисок и тут же услышал ответ на свой вопрошающий взгляд:

– Сейчас, сейчас, подожди.

И вообще, ты не должен на меня обижаться, – тонкие пальчики ловко развернули сосиску. – Я насчёт ненормальности. Это я не про тебя. Я про то, что творится вокруг. Про то, что почти ничего не творится. Поначалу мне это даже нравилось. Вот, держи, – пёс мигом заглотил протянутую ему сосиску и взглядом попросил добавки.