И потекла река времени вспять…

По границе леса шла небольшая речушка: один берег низкий, болотистый, весь зарос камышом да ряской; зато другой высокий – с раскидистыми соснами да зарослями ивы. Дорога перед речушкой суживалась, делала поворот и круто поднималась на косогор, за которым раскинулось огромное ржаное поле, усеянное закрученными снопами соломы сжатой ржи. Под каждым снопом скрывался арбалетчик. Пропустив дозор и дождавшись, когда хвост дружины покажется из леса, на отряд со всех сторон посыпался дождь из стрел. Метили только по лицам.

Кони должны достаться тому, чья стрела будет найдена в поверженном еретике. За такую лошадь рыцарь мог отдать целое состояние.

Десяток стрел нашли свои цели, и путь дружине перегородил выстроенный в каре отряд числом не менее трех сотен разряженных ощетинившихся пиками ландскнехтов, своим видом больше похожих на кавалеров, собравшихся на бал: все в разноцветных камзолах, с надетыми поверх металлическими доспехами, шеломы украшены плюмажами с цветными перьями.

– К бою! – раздалась команда воеводы, и дружина, сомкнув строй и опустив длинные тяжелые пики, на всём скаку понеслась на ландскнехтов.

Заклубилась под копытами лошадей земля, из сорока глоток вырвался яростный клич: РРРРРААААААА! Достаточно было одной секунды, чтобы опытные воины смогли ввести себя в состояние боевой единицы, бесчувственной к боли и презирающей смерть. Годами наработанные навыки конной и пешей сечи позволяли воину, не задумываясь, применять в бою весь богатый арсенал дружинника и обратить в оружие любое подручное средство, а когда не было ничего под рукой, то воин сам превращался в разрушительную военную машину, несущую смерть и поругание ворогу.

Кони тоже были под стать своим всадникам: рослые, вороной масти, с крупными копытами, широким крупом и высокой холкой. Особая порода, неприхотливая, выведенная для длительных походов, приходящая в возбуждение от звуков битвы, наряду с наездниками, вступающая в схватку и с пешими и конными воинами, кусающаяся, бьющая копытами, до конца разделяющая удел битвы.

Видя, что к ним приближается блистающая коваными доспехами всадников и лошадей тяжелая, ощетинившаяся острыми пиками громада конного отряда, ландскнехты дрогнули и нарушили строй. Стремительной тучей пронеслась конница, выбив брешь в каре ландскнехтов, оставив после себя десятка три проколотых пиками насквозь, раздавленных, покалеченных и контуженных лошадьми людей.