Записки несостоявшегося гения

– Поставить нашему Эдичке «двойку» по английскому… – причитала не по возрасту

ярко одетая дама, – да свет не знает такой несправедливости! Вы как депутат просто

обязаны немедленно вмешаться!

– Если депутат станет разбираться с каждой «двойкой», где он тогда возьмет время, чтобы помочь сотням людей, толпящихся сейчас в коридоре с более важными

проблемами? С такими вещами следует идти в приемную комиссию! – мягко предложил я.

– Если я иду к депутату, значит, мне и нужно идти к депутату! Когда в этом несчастном

педине ставят «двойку» такому мальчику – не грешно и обратиться к самому

Генеральному секретарю!

– Тысячи абитуриентов не справляются с вступительными экзаменами, тем более, иностранный язык у нас действительно знают немногие… Я, например, тоже им не

владею, и жаловаться, если бы мне поставили «неудовлетворительно», никогда бы не

стал, – вступил в разговор мой депутат.

– Это ваше дело – жаловаться или нет, – отрезала недовольная бабушка, – но ставить

«два» моему Эдику – я никому не позволю! Если бы так оценили его русский – я бы не

возмущалась, он действительно его не очень хорошо знает.

ребенок виноват, что преподаватели не понимают его речь? Это, скорее, не его, а их

проблема – что они его не понимают! Ответил им на все вопросы, рассказал, что надо – а

они ему «двойку»! Ничего себе, педагоги…

Мой сын с невесткой, между прочим, дипломатические сотрудники, много лет работают в

Вашингтоне, там Эдик и родился.

сведению, у него родной язык – английский, и знает он его, как любой американец, к тому

же имеет по нему высший балл… А они его не понимают!

Я посмотрел на депутата, депутат посмотрел на меня. Затем он взял небольшой

служебный телефонный справочник, нашел нужную фамилию и позвонил. Вкратце

передал бабушкин рассказ ректору института Ницою, а затем отодвинул трубку от уха: такие громкие вопли неслись оттуда.

86

и предложил бабушке подойти завтра с внуком в приемную комиссию: ее мальчик будет

зачислен.

– Что там тебе кричал ректор, что ты даже подальше отвел трубку? – спросил я, когда

бабушка с довольным видом вышла из кабинета.

– Крыл матом во всю ивановскую своих злосчастных педагогов, – ответил мне депутат.