Записки несостоявшегося гения

Разумеется, я не

преминул воспользоваться представившейся возможностью провести целую ночь со своей

романтической возлюбленной, совершив тем роковую ошибку.

20

Описывать ту ночь не стоит, она хорошо памятна нам обоим, мне, может быть, больше, потому что утром, проснувшись, я обнаружил, что моей любимой уже нет, а на

автомате, чутко оберегавшем наш ночной покой на отодвинутом в сторону стуле, белеет

записка:

«Мерзавец! Ты такой же ненастоящий, как эта деревянная палка!»

============

ЛЮСЯ, ЛЮСЕНЬКА, ЛЮСЬЕНА…

Если попробовать разделить жизнь человека на три условных периода: молодость, зрелость и старость, то первому из них более всего присущи мысли о будущем (планы, мечты, надежды на их свершение).

человека более всего начинает интересовать уже день нынешний. А вот старость

характерна тем, что завтрашний день тебя интересует все меньше и меньше, зато как

приятно, другой раз, вернуться в далекую молодость, окунуться в былые добрые времена, особенно когда есть там вспомнить что-нибудь занимательное.

Моя первая супруга, милая Люсенька, всегда была мягкой и отзывчивой. У нее

было доброе сердце и только один малюсенький недостаток, но об этом несколько позже.

Впрочем, и на солнце бывают пятна, а человек есть человек: как ему хотя бы без малых

слабостей?

Я познакомился и стал с ней встречаться, буквально, через месяц после

возвращения из армии, когда она еще училась в десятом классе.

красавицей в моем тогдашнем восприятии: высокой, стройной, с заметными округлостями

и смешливыми ямочками на упругих девичьих ланитах. А щедрая грудь и чуть

полноватые, с округлыми коленками длинные ноги…

Поступали в пединститут мы вместе: я – на русское, она – на украинское отделение

филфака. Так сказать, будущие учителя изящной словесности. А через два года родилась

Раечка. Люся пробыла с ней дома все лето, а с сентября, благодаря моей маме, которая, чтобы иметь возможность ухаживать за долгожданной внучкой, ушла на пенсию, продолжила учебу на третьем курсе.

Так вот, всем была хороша моя женушка, грех мне на неё жаловаться, вот только

одна деталь настораживала. Моя избранница была большой любительницей чего-нибудь

приврать. Причем, лгала она не столько для выгоды, сколько из подлинной любви к этому

высочайшему искусству.