Записки несостоявшегося гения

Возможно, поэтому меня стали удивлять частые приходы с работы моей

супруги ранее назначенного времени. Иногда она вообще возвращалась, к радости

домашних, через какие-то час – полтора.

– Неплохо устроилась! – уважительно отзывалась об этом ее мама.

Неплохо-то – неплохо, но положение, к моему ужасу, прояснилось довольно скоро.

– Скажи честно, что у тебя дома происходит? – однажды не сдержалась при

очередной встрече Оля. – Сколько можно издеваться над беззащитным человеком? Делать

вам нечего, что ли?!

В первый момент я растерялся, не понимая: шутка ли это или какое-то

недоразумение.

Слов не было, и перехватило дыхание. Но Ольга быстро все прояснила.

Оказывается, ее тетушка, зная обо мне и наших с ней приятельских отношениях, что-то

заподозрила в поведении своей молодой коллеги и рассказала племяннице, что моя

Люсенька в последнее время часто является на работу угнетенная и подавленная. Сядет в

учительской где-нибудь в уголке, глядит в одну точку, лишь изредка протирая виски

дрожащими пальцами.

Коллеги, видя молодую женщину в таком состоянии, естественно, интересуются, в чем дело, и получают пугающее их объяснение. Оказывается, над бедной

молодой матерью регулярно издеваются ее муж-сатрап и его злая, ненавидящая бедную

невестку, мамаша. Отсюда и поднятое давление, и невольно дрожащие пальцы…

Что делают сердобольные коллеги в такой ситуации? Всячески успокаивают

несчастную и отправляют домой: нельзя же работать в таком состоянии!

Насколько я понял, они даже собрались писать петицию в милицию и областной

отдел народного образования, чтобы решительно воздействовать на супруга-негодяя.

Этого только мне не хватало…

Беседа дома на эту тему с Люсей была непростой. Сказал ей все, что о ней думаю, и твердо предупредил: или она прекращает свои идиотские наговоры, или… Маме я

решил об этом не рассказывать, чтобы не расстраивать человека, который день и ночь

всячески облегчает жизнь невестке, добровольно взвалив на себя все заботы о любимой

внучке.

Вернусь ко времени нашего знакомства. В классе их было три подруги. И называли

их ребята не иначе, как три мушкетера. Люся была Арамисом. Мне б задуматься тогда, что это значит, ведь Арамис у автора был самым хитрым и смекалистым из этой тройки, настоящим пройдохой, добившимся со временем самых значительных успехов на

потаенном религиозном поприще.