Записки несостоявшегося гения

И не смотри на меня недоуменно, не перебивай: мне позарез сейчас нужно до тебя

достучаться… Поймешь меня, сможешь сделать шаг назад – спасешься, нет – значит, жизнь моя прошла даром: не смогла я вложить свою душу в самого близкого для меня

человека.

… В тот жаркий августовский день мы уезжали последним пароходом. С нами был

твой старший братик Бертольд, маленький Бертик, пятилетний умница и всеобщий

любимец, который через полгода тихо умрет в Фергане от воспаления легких, и твоя

двоюродная сестричка Инночка.

Ее родителей в первые дни войны мобилизовали на рытье

окопов, и она пошла в порт провожать нас, но в последний момент мы с бабушкой

посоветовались и решили ее забрать с собой и, как оказалось после, спасли этим. Всех

евреев, оставшихся в городе, включая ее папу и маму, гитлеровцы уничтожили.

Так вот, накануне отъезда объявили: беженцев много, а пароход небольшой, и

каждой эвакуирующейся семье позволяют брать с собой не более двух мест багажа.

Если

б ты знал, как это тяжело: прожить много лет на одном месте, обрасти хозяйством, домашней утварью, а потом все бросить, захватив с собой лишь два чемодана… Мы

плакали ночью, отбирая самые нужные вещи, с болью разглядывали их, и вся предыдущая

жизнь невольно проходила перед нашими глазами. А впереди – неизвестность: что ждет

нас в чужих краях с малым ребенком? До сих пор не могу я забыть те тяжкие сборы!

Нам казалось тогда, что все нужно, что любой пустяк может пригодиться.

В общем, с горем пополам, собрались и утром отправились в порт. А к полудню нам объявили, что

мест нет, пароход перегружен, спасать, в первую очередь, нужно людей, и на семью

теперь можно брать только одно место, представляешь? И сотни плачущих людей стали

раскладывать не берегу свои вещи, горестно отбирая самое необходимое.

И знаешь, что оказалось? Что то, без чего действительно жить нельзя, – это самые

простые, обыденные, с виду даже малозначимые вещи: теплая одежда и белье, посуда для

еды и приготовления пищи, жалкие драгоценности, конечно, да самое заветное – альбом

семейных фотографий…

И вот тогда, сынок, мне, тридцатилетней женщине, вдруг раз и навсегда открылась

истина, определившая на всю дальнейшую жизнь мое отношение к вещам.

Да, они нужны, другой раз, даже очень… Многие вещи облегчают нам жизнь, другие – радуют глаз, третьи – делают наш быт комфортней и уютней.