Записки несостоявшегося гения

Гостеприимные и щедрые люди живут в Армении!

Доложил командиру, что дело сделано, могила приведена в порядок. Вот только

оградку бы надо еще подкрасить – напрочь заржавела.

Получаем на следующий день краску и кисти, и снова на кладбище. Стоим, красим, вокруг люди, но уже другие. И что вы думаете, не прошел и час, как к нам подходит

немолодая супружеская пара и зовет к себе помянуть нашего папу…

Майора Тарасова мы с Валерой так полюбили, что решили взять над его могилой

шефство, о чем я доложил командиру.

Он довольно посмотрел на меня и сказал: – Молодец, Бронштейн, рад, что в тебе не

ошибся. Объявляю Мечику и тебе благодарность, с увольнением в выходные в город.

***

– Уважаемый Иван Петрович Тарасов (1919 – 1965)! Спасибо Вам за то, что в течение

полутора лет Вы разнообразили наш с Валерой рацион, но поверьте, мы очень старались, 58

чтоб Ваша могила была самой ухоженной! А перед демобилизацией я не забыл рассказать

о Вас секретчику Коле Оленину и предложил принять эстафету любви и уважения к

ушедшим.

достойные сыновья. Интересно, кто сейчас, через полвека, ухаживает за Вашей могилой?

Так же тщательно и добросовестно, как мы когда-то?

=============

ЭТО ЖИЗНЬ (любовь не любит испытаний)

На этой старой улице, в этом красивом доме живет мой давний приятель, добрый человек

и хороший учитель, Василий Павлович Пыжиков.

На работу в свою школу он по утрам едет на автобусе, легко преодолевающем крутой

подъем проспекта Ушакова, а обратно пешком осторожно спускается по горбатому с

выбоинами переулку вниз. И так каждый день много лет подряд.

А я прекрасно помню его молодым Васильком, душой студенческой компании, отличным

гитаристом, когда он еще и духом не помышлял о своей сегодняшней палочке, с которой

нынче не расстается никогда.

Я хорошо помню их обоих: моих сокурсников – Васю и Леночку.

красивой девушкой на факультете, и надо ли говорить, как все мы завидовали тому, кто

сумел найти ключ к ее сердцу…

Мне часто приходит на память та затянувшаяся далекая весна, когда все улицы моего

города замело легчайшим тополиным пухом, радостно взимающим ввысь от малейшего

дуновения ветерка. К тому времени, когда пришла беда, Василий и Лена встречались уже

два года.