Волчий мох

Одни начали вдруг верить в причастность к чудовищной беде странного Михея, весьма похожего на цыгана. Другие уверяли, что тут замешана сама нечистая. Третьи тихо говорили, что Михей и есть сама нечистая. А некоторым всё же очень хотелось, чтобы это всё было делом рук Асташонка.

В любом случае селянам сейчас просто необходимо было услышать твёрдое слово кого-то из властей или кого-то из более высокого сословия, будь то пан, урядник или священник. Люди ждали не просто веского слова – они ждали надежды, ждали защиты.

В панский дом со страшной вестью направился Домаш Евсеич.

Демьян, вдруг сообразив, что ему, как «важному лицу» на деревне, не пристало топтаться в ожидании среди бедняков, ринулся вслед за Домашем.

Притихшие селяне пристально всматривались во все строения панского фольварка, выглядевшего сегодня как никогда мрачно и пустынно. Где-то здесь находился странный Михей…

Глава 3

Дом пана Анджея Ружевича хоть и принадлежал знатному сословию, но выглядел довольно неухоженным, начавшим неотвратимо приходить в обветшание.

Ружевич всячески старался сохранять следы былого преуспевания, но ни для кого не было секретом, что на поддержание должного порядка у некогда состоятельного пана попросту не хватало средств. Особенно в последнее время, когда его сын Зибор уехал в Вильно, успешно отучился и, казалось бы, удачно начал карьеру. Но…

С самого раннего детства панич рос в чрезмерной заботе. Уже тогда было заметно, что у него недюжинные способности к учёбе.

Родители и знакомые предрекали мальчику большое будущее и слишком уж наигранно расхваливали за каждое выученное стихотворение или за верно выполненное арифметическое вычисление. Мальчик быстро уверовал в свою исключительность.

Зибору многое позволялось, многое прощалось, и уже к подростковому возрасту такое воспитание начало давать свои плоды: юный панич светился величием и высокомерием.

Время шло. Вскоре молодой Ружевич без труда поступил в престижное учебное заведение города Вильно и едва ли не с отличием окончил его.

Уж что-что, а учёба Зибору Ружевичу давалась легко.

Начав жить и работать в Вильно, панич поддался сомнительным соблазнам городского общества и начал вести довольно бурную светскую жизнь. Молодому Ружевичу и тут надо отдать должное, ибо он обладал завидным очарованием, что позволяло ему легко вращаться среди молодёжи высшего света Вильно.