Проклятие Огненной Лошади

Уже светало, ей надо было идти довольно далеко, по пути встречались возвращающиеся домой после ночной прогулки выпускники других школ.

Когда она пришла домой, мама встала с постели и поинтересовалась:

– Как отпраздновали, доченька?

– Все хорошо, мама, – ответила она, еле сдерживая себя, чтобы не расплакаться и прижаться к ее груди. – Ты спи, а я приму душ.

Она долго стояла под душем, пытаясь смыть с себя то грязное и порочное, которое она испытала при первой же близости с мужчиной, бранила себя за непростительный для юной девушки поступок, жалела, что не осталась в компании своих одноклассников.

В эти минуты она даже не вспомнила о человеке, который любил ее без остатка настоящей чистой любовью. Женя всю ночь прождал возле телефона в надежде, что любимая позвонит и они пойдут гулять по ночному городу, встречать рассвет, смотреть влюбленными глазами друг в друга.

4

Мила извлекла урок из горького опыта общения с мужчинами. Теперь никому не суждено было манипулировать ею, она сама будет управлять ими, мстя, если это будет нужно, за свою поруганную первую любовь.

А для этого у нее было самое главное оружие, перед которым не устоит ни один мужчина, – ее неземная красота.

Осенью она поступила на факультет иностранных языков. Самый старший из друзей, Виктор-Арамис ушел в армию, а Петр-Портос поступил в университет на геолога. Василий д’Артаньян подошел к жизни основательно, став помощником машиниста, и сожительствовал с простой и скромной девушкой старше его на два года, с нетерпением ожидая совершеннолетия, чтобы зарегистрировать брак.

Сожительница была уже тяжелая первым ребенком, но молодая семья решила не ограничиваться этим, запланировав как минимум троих детей. А Женя замкнулся, так и не определившись с дальнейшей учебой и работой, редко выходил из дома, окружив себя любимыми книгами.

Осенью, когда только начался первый семестр, к Миле домой пришел Петр. Вид его был удрученный, он, немного помявшись, сообщил плохую новость:

– Мила, держись. Умер Женя.

– Как умер?! – вскрикнула она, схватившись за щеки.

– Повесился.

– Почему?! – недоумевала она, ни на секунду не думая, что виновницей этой трагедии могла быть она.

– Не знаю, – пожал плечами Петр. – Говорят, что предсмертной записки не оставил.

– Ой, как жалко, – вздохнула Мила. – Все-таки в чем причина его самоубийства? Просто так люди не вешаются.

– Мила, а тебе не кажется, что причиной самоубийства, может быть, являемся мы с тобой? – предположил Петр.