Щенки-медвежатники

На душе скребли кошки. Что-то будет сегодня вечером…

Дома Андрей поставил пластинку с 1-м концертом Чайковского. Слушал и гладил брюки, готовился к вечеру. И думал, что теперь, после убийства хрустальщика, он останется без мелкого заработка.

Покончив с брюками, Андрей почистил «гады», так назывались туфли с толстой подошвой, и начал гладить заработанные деньги. Он мечтал о хрустящих деньгах, а эти были будто жеваные. Гладил и смеялся, понимая, как смешно это выглядит со стороны.

Потом вспомнил свои первые заработанные деньги.

Соседский пацан научил его грести и дал лодку. Андрей перевозил огородников целый день, пока не стер в кровь ладони. К вечеру карманы были полны денег. Сбывалась мечта купить большой набор акварельных красок. Но соседский пацан сказал, что с него, Андрея, причитается. Пришлось купить пол-литра водки и пачку папирос «Беломор». Тогда он впервые в жизни напился.

Андрей надел плавки. Подумал – и надел вторые. Так будет надежнее. Чего греха таить, у него не было благоговейного отношения к девушкам.

Во время танца он крепко прижимал их к себе. Одним нравилось чувствовать его возбуждение, другие отстранялись и больше не хотели с ним танцевать.

Захотелось курить. Андрей зажег сигарету и начал дымить у форточки. Братьев не было. Доложить матери о том, что он курил, некому. Но все равно – береженого бог бережет.

Он любил быть дома один. Наверно, все уличные – вполне домашние пацаны. В кухню налетели первые мухи. Андрей начал их бить. Он обычно бил не мухобойкой, а ладонью.

Мухи не успевали взлетать.

Потом лег на диван и стал смотреть на вбитый в стену гвоздь. Андрей где-то прочел, что, если подолгу смотреть в шляпку гвоздя, можно выработать тяжелый взгляд. Пригодится в уличной жизни.

Гвоздь торчал под фотографиями родителей. Было видно, что отец в молодости – вылитый Андрей. «Почему же он меня так не любит? – подумал Андрей. – Почему он больше любит Славика, который похож на мать?» У матери волосы в молодости были еще светлее, чем сейчас.

Андрей слышал где-то, будто брюнетки – опасные женщины, а блондинки – мягкие и добрые. «Наверное, я тоже, как и отец, женюсь на блондинке», – подумал он.

В углу комнаты один на другом стояли чемоданы, покрытые скатертью и похожие на комод. «Только вот ездить по стране, как родители, я не буду, не дай бог», – подумал Андрей.

И как-то незаметно вернулись мысли о сегодняшнем вечере.

Андрей позвонил Димке Кульбакину. Вот с кем надо обсудить ситуацию.