Щенки-медвежатники

 – За оскорбление члена ОКД есть отдельная статья, повышенная уголовная ответственность.

– А я еще раз тебе отвечу: красные корочки вас не спасут, – отвечал Саня. – И ты посчитай, сколько вас всего. Нельзя вам разделяться. Одним в отряд идти, другим не в отряд. Почему бы тебе не стать основным?

Толян поморщился:

– Поздно мне в эти игрушки играть.

Саня усмехнулся.

– А оперативный отряд – не игрушки?

– Не игрушки. Отряд конкретно борется с преступностью. А вы хотите создать кодлу.

– Ребята хотят защититься.

Пацаны одобрительно загалдели.

– Делайте что хотите, только без меня, – в сердцах бросил Толян.

Он направился к выходу, но остановился у двери рядом с Андреем. Ему хотелось увидеть, чем все кончится.

– Андрюха, может, ты возьмешься? – спросил Саня.

Андрей фыркнул:

– Что я, с дуба рухнул, что ли? Мы тут не на комсомольском собрании. Знаем, кто чего стоит. Куда нам против слободских?

– И поэтому ты решил закорешить со Званом? – ехидно спросил Герман Дворецкий.

Гера единственный из ребят всегда был в костюме, при галстуке, с бумажником и хорошими сигаретами. Его папа, директор тракторного завода, стоял над отцами ребят, а Гера – над ребятами. Он был авторитетом по признакам материального достатка. Теперь положение круто менялось, но он этого еще не понимал.

Собрание кончилось ничем. Перед тем как уйти, Андрей поддел Дворецкого:

– Гера, если ты принял «додика» на свой счет, то зря.

Андрей снова пришел в больницу, когда уже начало темнеть. Ленка и Катя сидели на скамейке у входа в реанимационное отделение. От одного их вида у Андрея сжалось сердце. Ленка рыдала, уткнувшись в грудь Кати. Катя гладила Ленку по голове и тоже плакала.

Андрей сел перед ними на корточки и обхватил голову руками. У него было такое чувство, будто он лишился старшего брата.

БОЙНЯ

Когда Андрей поднялся на чердак, Жорик уже был там.

– Джага велел передать – похороны Костика завтра, в час дня, – сообщил Жорик.

Он уже не скрывал, что шестерит у слободских.

Андрей ничего не ответил.

– Жалко Костика, – заполнил паузу Жорик.

– Знаешь, у меня мало времени, – сухо бросил Андрей.

Жорик сказал, запинаясь на каждом слове:

– Андрюха, только ты можешь меня понять. Я боюсь слободских. Они на все способны.