От заката до рассвета

Повторяю, фильтрованной но не кипячёной. Это очень важно. Так как после кипячения, вода становиться мёртвой. В ней убиваются при кипячении все микро элементы. На своём опыте могу сказать, что это очень, хорошо помогает.

– Даааа? – удивлённо произнесла Елена, посмотрев на Егора с надеждой в глазах, о том, что может быть он и прав, говоря сейчас ей об этом.

– Я уверен Елена в том, что говорю. Диетолог непременно Вам поможет.

– Егор. Скажи мне, а сколько тебе лет и чем ты собираешься заниматься в Москве? Куда пойдёшь работать? Ты так молодо выглядишь.

Какое ни будь учебное заведение ты успел закончить, я имею ввиду, специальность у тебя есть?

– Спасибо Вам Елена за комплимент, но я уже и не такой юнец, как кажусь, – улыбнувшись ответил Егор. Мне уже 20 стукнуло. И учебное заведение я успел уже закончить. Я литературовед. У меня красный диплом об образовании.

– Не чего себе. Молодец. Так ты значит писатель? А я то думала, что ты имеешь отношение к медицине. Ты сейчас мне всё так подробно рассказал про диету, что я подумала, что ты врач.

– Нет, я не врач. А литературовед. Я специалист в области литературоведения. Я тот человек, кто изучает художественную литературу, её происхождение, сущность и развитие, в мельчайших подробностях, -объяснил Егор Елене, отличия специальности литературоведа. Писать я тоже пробую, но признаться Вам Елена честно, пока только как говориться в стол. Моих произведений никто ещё не видел. А вопросы по медицине мне знакомы из источников информации интернета.

Я иногда читаю там всякие умные высказывания разных специалистов. Вот вспомнил, ранее прочитанное мной, про диету и поделился с Вами.

***

Поезд стремительно и настойчиво нёсся вперёд, унося Егора в неизвестность. За окнами вагонов мелькали небольшие домики со своей жизнью, застывшие и молчаливые, со своими тайнами. Пики елей с мохнатыми клочками тёмно-зеленых веток, сменялись серыми голыми деревьями, стоящими равнодушно и вытянувшими длинные тонкие ветки к небу.

Егор заснул.

Ему снилось, что он сейчас, как и прежде, в кругу своих любимых родных, которые балуя его, всегда будут и в дальнейшем заботиться о нём, та же, как это было и ранее.

Мелькавшие за окнами пятнистые стволы берёз смешивались со светло-серой густой порослью, то ли высоких кустов, то ли низких деревьев. Одной только природе была известна гармония и чередование всего на свете. Поезд всё летел и летел, приближая Егора к тому, что его ожидало впереди.