Банда потерпевших

Один из «духов», парень постарше меня лет на шесть, подобрался ко мне совсем близко и неожиданно остановился. Что-то сказал своим. Те в ответ загоготали и стали подбадривать. Кажется, «дух» боялся, что я скинусь в пропасть вместе с ним. Это промедление мне помогло. Я вспомнил, что в правом кармане у меня лежит патрон сигнальной ракеты. Как я мог забыть? Я сделал еще несколько шагов и добрался, наконец, до выступа.

«Дух» лез за мной следом. Вот и он уже на выступе, в двух шагах. В глазах злость. Еще шаг и набросит на меня шпагат.

Я вынимаю патрон, наставляю на «духа» и дергаю за петлю. Ракета с шипением выстреливает ему в лицо. Он теряет равновесие и срывается со скалы со сдавленным криком, размахивая руками. С противным звуком шмякается на камни у самой кромки воды.

Я вижу то, что ждёт и меня, если я не решусь.

В детстве мне часто приходилось нырять солдатиком с огромного камня. Нужно было сильно отталкиваться и перед самой водой поджимать ноги, чтобы тело не уходило глубоко в воду. Но там было метра четыре высоты, а здесь все двадцать четыре.

Я отталкиваюсь от выступа и прыгаю ногами вперед. Я лечу, не испытывая ничего, кроме ужаса. Но я вижу, что лечу в воду.

Мне повезло. Я только сломал ногу о подводный камень. Все остальное было цело. Я вынырнул, и меня понесло течением. Свистели пули. Одна попала в ягодицу. Выстрелы становились все прицельней. Но река уже вынесла меня к повороту.

От потери крови я терял сознание, но каким-то чудом держался на плаву. У меня не было ни одного шанса выбраться на берег, а тем более добраться до своих.

Но я был свободен. Я мог теперь умереть свободным.

Глава вторая

Клава

На работе я абсолютно другой человек. Деловая, серьёзная, правильная. Сама себе удивляюсь. Вхожу в зал заседания. Мартын и его дружки уже в клетке, рожи мне корчат. Возле клетки лейтенант Дудукин. Тоже бывший одноклассник. Что значит маленький город. Кругом свои ребята.

Дудукина зовут мастером машинного доения. Сразу после школы пристроился в ГАИ, снимал с водителей бабки.

Теперь вот здесь, при суде. То ли проштрафился, то ли специально перевели. Тоже ухмыляется, глядя на меня. Вот скотина. Делаю вид, что ничего не замечаю.

Знаю, что Надежда Егоровна уже за дверью. Громко говорю:

– Встать, суд идет.

Судья приглашает к трибуне потерпевшую, девчонку лет пятнадцати.

– Расскажите, что произошло с вами вечером 8 марта?

Девчонка отвечает заученно:

– Сразу после дискотеки я пришла домой.