Банда потерпевших

 – Не захочешь… У меня инструкция. Мы остаемся здесь до завтра. Утром ты отдаёшь нам шестой том. Тогда мы отпустим мать и твою Эличку.

Ничего себе, заявочка! Они нас, оказывается, в заложницы берут.

– Ты думаешь, что говоришь? – воскликнула Элька.

Кишка ударил её по щеке тем же движением и с той же силой, что и меня.

Ваня

Я работаю в автосервисе. В свободное время вожусь со своей таратайкой. У меня старенький «форд-фокус». На вид совсем убитый, но я перебрал мотор, заменил все, что можно заменить, и участвую иногда в ночных гонках.

На меня делает ставки Кирилл Гультяев, который живет этажом выше. Гультяев – директор модельного агентства. Я обслуживаю в качестве личного автомеханика его машины, он дает мне неплохо заработать.

Единственное, что меня иногда напрягает, это дружба Кирилла с майором Пряхиным. Точнее, дружба Гультяева, Пряхина и владельца дома Гусакова.

Пряхин работает опером в нашей районной ментовке. Там, где работал до командировки в Чечню. Во время следствия по его делу я сказал о нем совсем немного.

Только то, что видел своими глазами. А почему я должен был молчать? Но он отрицал на очной ставке, что имел с Султаном свои отношения.

Он хотел освободить каким-то образом Ваху, но у него сорвалось. Вот и попал под подозрение, а потом и под следствие. Но то ли его кто-то прикрыл, то ли сам выкрутился. Короче, вышел сухим из воды, но осадок у него остался. Если честно, я его боюсь. По-моему, он меня не трогает только потому, что я нужен Гультяеву.

А Гусаков – владелец завода войлочных изделий и бывшего общежития завода, где мы живем. Когда-то, еще в советское время, мама и Гусаков приехали в Москву из Свидлова. Устроились на этот завод по лимиту простыми рабочими. Хотя у обоих были дипломы. Какое-то время жили вместе. Потом Гусаков пошел на повышение, стал инженером. И с тех пор живет один, ведёт блудливую холостяцкую жизнь.

Когда объявили приватизацию, Гусаков сказал маме, что пришло его время. Он скупил у рабочих ваучеры и стал владельцем завода.

А потом и владельцем общежития завода, где мы живем на одной с ним лестничной площадке. Рабочих он под разными предлогами увольняет, а освободившиеся квартиры сдаёт в аренду.

Гультяев снимает у Гусакова трехкомнатную квартиру этажом выше. Модельное агентство у него прямо на дому. Хотя, какое к черту агентство? Корзун и Шепель по виду натуральные братки. А вот сам Гультяев – солидняк, морда у него партийная.