Серебряная пуля

– И то верно.

– А знаешь, вышел у меня в Африке один интересный случай… Ты веришь в мистику?

Вопрос застал меня врасплох. Мало того, он снова воскресил в памяти и убиенную птичку Африкана, и тучи воронья над Круглой горой, и самосвал, который едва не сделал из меня одесский форшмак. Я невольно вздрогнул и, кажется, побледнел. Пеха заметил мое состояние и встревожился:

– Ты чего?

– А… – Я вяло отмахнулся. – День выдался суматошный. Моя тачка едва не попала в аварию.

– Это бывает. Машин стало на улице – как грязи.

Я пока добрался сюда на такси, больше часа в пробке кантовался. То ли дело африканская саванна – простор! Едешь куда хочешь, и никакая сволочь тебя не остановит, чтобы влепить штраф за превышение скорости. – Тут Пеха снова хохотнул. – Ну разве что из-за кустов, автоматной очередью…

– Так что там у тебя в Африке стряслось? – спросил я, чтобы быстрее сменить неприятную для меня тему.

– Однажды нам пришлось освобождать одну деревню от таких же «гусей», как мы.

Меня послали разведать обстановку, и я нечаянно наткнулся на место, где производилась экзекуция жителей деревни. Отвратительное зрелище! Я, конечно, привык к крови, но то, что мне довелось увидеть, буквально перевернуло мою душу. За деревней находилась небольшая рощица, и мои, так сказать, «коллеги» из вражеского лагеря развлекались, отрубая неграм голову старинным (видимо, фамильным) ятаганом. По разговорам я понял, что это янки, а поэтому долго не размышлял. Они как раз хотели сделать секир-башка белобородому древнему старику с удивительно светлой для негров кожей. Я дал очередь и завалил троих, а один оказался ну очень шустрым и спрятался за корневищем. Уж не знаю, что меня толкнуло на этот подвиг, но я не стал устраивать с ним перестрелку (некогда было менять пустой рожок), а рванул вперед, как на буфет, и мы схватились с янкесом врукопашную.

Пеха налил себе колы и жадно выпил бокал до дна. А затем продолжил свой рассказ:

– Должен сказать тебе, Алекс, американцы неплохо учат своих псов войны.

Здоровый попался бык. Сержант, судя по нашивкам. А еще садист и сволочь – у него на груди висело ожерелье из ушей убитых негров. Наверное, для понтов. Чтобы показать, какой он крутой. Сцепились мы с ним, как два волка во время гона. Может, американец и отступил бы, но тут я выругался по-русски, и этот «гусь» понял, кто перед ним. Похоже, он понимал нашу речь. Видимо, был спецом по России. Короче говоря, понеслась потеха.