Сегодня – позавчера. Испытание огнем

– Ты хочешь меня, – констатировала она. – Значит, я не страшная?

– Ты симпатичная.

– Между нами что-то могло бы быть?

– Могло, но не будет.

– А если я не буду целкой?

– Не будет. Тебе ещё жизнь строить, а я уже пропащий. Не стоит.

– А я хочу.

– Перехочешь.

Чайник закипел, засвистел.

– Кофе будешь? – спросил я, натягивая штаны.

– Буду.

Она пришла на кухню в чём мать родила. Вот ведь оторва! Измором меня решила взять?

– Решила не мытьём, так катаньем? – спросил я её.

Она улыбнулась:

– А вдруг?

– Если ты продолжишь в подобном ключе, ты меня больше не увидишь.

Она уставилась на меня. О чём она там думала, я не знаю, но спросила:

– Мне одеться?

– Сиди уж. Мне приятно, в конце концов. Но о нас даже не думай. Пей, остынет.

Молча пили кофе.

– Гош, я правда не страшная?

– Правда.

– А почему?.. – она замолчала, слова застряли в её горле, а слёзы выступили из глаз.

– Вопрос поставлен не так, потому и не можешь найти ответа.

Она задумалась.

– Может, тебя гнобят не потому, что ты хуже, а потому что они – полный отстой? – убеждал я. – А если они отстой, стоит ли плакать? Тебе не всё равно, что о тебе подумает свинья? Или ты думала, что став шалавой, избежишь унижений? Нет, всё только усилится. Они не будут с тобой дружить. На дружбу способны только люди, способные осознать правду. А б… никогда правды не видят, никогда её не признают. Они живут в иллюзиях.

– Я ничего не поняла.

– Представь подругу, что больше всего тебя гнобит. Вот если все кругом начнут к ней относиться так, как оно должно. У неё много парней?

– Да.

– Она – б… И, представь: все начнут ей это в глаза говорить. Она будет убеждать: она со всеми и с каждым только по любви. А все смеяться: это же смешно. По любви? К чему? К палкам? Если она окажется в подобной среде, где она всего лишь то, что она есть – половая тряпка, то она умрёт.

– Мне кажется, ты не прав.

Я пожал плечами.

– Девочка, тебе сколько лет? А мне? Я чуток больше тебя видел, чуток лучше разбираюсь в жизни и людях. Потому в моей жизни была настоящая любовь. Чего и тебе желаю.

– А какая она, настоящая?

– Это не объяснить. Это надо осознать, почувствовать. Любые мои слова ничего тебе не скажут. Это то же, что слепому с рождения описать радугу.

– Как я узнаю, что это она?

– Не переживай, поймёшь.