Звездный попаданец

Одни паладины Основателя! Все пятеро. Судя по эмблемам их украшенных боевых скафандров (слабость имперцев к излишнему украшательству своих скафандров была широко известна), перед ними были два примарха орденов – командиры этих закрытых боевых структур.

Глава ордена Престола Основателя в ослепительно белом скафандре со следами многочисленных пробоин и ремонтов. Глаз ему заменял киберимплантат. Шрам через глаз пересекал всё лицо. А прямо в шраме – ещё один имплантат поблескивал стальным отсветом. Имперцы вырвались вперёд по многим боевым технологиям.

И по многим медицинским. Например, вырастить таких великанов никому в Содружестве не удастся. С их легендарной, ставшей нарицательной силой паладинов, их выносливостью, прочностью, живучестью, их реакцией и свирепостью. Не способны были в Содружестве создавать и такого уровня экзоскелеты, в которые были вживлены эти паладины. Но заменить глаз даже примарху имперцы – не смогли. Этот паладин был на две головы выше Бол Вана. Это был один из самых известных Вселенной воителей Основателя – Азетос Белый. Великий и ужасный.

Глава ордена Тени Основателя был лишь на полголовы выше Бол Вана и не намного шире его. Его чёрно-серо-белый скафандр был не так велик, могуч и бронирован, как броня Азетоса Белого, но умел невероятное – был способен к полной мимикрии.

Болан скосил глаза на Пса. Технология имперцев была очень близка к тому, что показал им Пёс, исчезая прямо перед глазами. И во всех видах сканирования.

Имя Тени было неизвестно. Ордена вообще очень скрытные структуры.

А орден Тени – самый тайный из них. Секретная служба орденов.

Третьим был явный псион – глаза его горели синим светом. Ухмыляясь, Болан покосился на Вадима, что застыл, глядя на полыхание ауры над головой хранителя веры Основания. Болан помнил высказывания Вадима, что тот не верил в существование псионов.

Последними были два капитана рот орденов, что даже шлемов не сняли.

А зал совещаний замер не только потому, что был шокирован самим видом этих великанов, их легендарных доспехов, но и их поведением.

Все пятеро преклонили колени со словами:

– Основатель!

А потом все присутствующие уставились на растерянного Бол Вана.

Болан с явным удовольствием запечатлел на память глупую морду адмирала, торжество на лице Вержа, крайнее изумление на лице Вадима и, с ревностью, гордость и влюблённость на лице Асары, взаимности которой Болан так и не добился. Асара была с ним только телом. Душа её принадлежала только ей самой.