Дингир

– И какова же будет моя цель в этой твоей… банде?

– У творческого человека есть сильный внутренний огонь. Если его не высвобождать, то он сожжёт его душу изнутри. Твой же огонь: желание объединять физический мир и свою фантазию. Математика, компьютеры и так же невероятный гуманитарный потенциал.

– Но как ты узнал?..

– Я умею видеть таланты.

Молодой калека всерьёз призадумался…

Пак не давил на него, и полностью стерев рукавом слёзы, он терпеливо начал ждать, при этом осматривая прочий люд. Затем его красные глаза замерли на девушке, стоящей неподалеку:

Она была молода и очень красива, но ожог взял в плен половину её лица.

Осторожная и прижатая оглядка выдавала в ней новичка данного сообщества бездомных. Лёгкая, спортивная одежда; чёрно-белая и чистая – так же выделяла её средь прочих.

Пак был не единственным смотрящим на неё: сгорбленный мужик явно крапел в мыслях о худшей половине её лица, а его собственная вытянутая морда поблёскивала омерзением, будто у него под носом сдохла крыса.

Он смотрел и смотрел, но вместо того, чтобы отвернуться от неприятного для него лица, он наоборот подошёл к его обладательнице…

– Сука! Уродина! – говорил он или плевался, понять было сложно. – Пришла сюда еду нашу есть! Уродина уходи!..

Со временем из-под её длинных чёрных волос, закрывающих шрамы, проступила слезинка. И слезинка была невидимой для этого мужика:

– Уродина, уродина! – отчитывал тот, как поломанный механизм. В каком-то смысле эта зацикленность даже казалось смешной.

– Так-так-так! Стоп-э! – вмешался Пак, пестря театральностью. – То есть ты, вот сидел там поодаль, да? И такой: “надо отметить своё недовольство, выразить его!” И прошёл, значит, шагов двадцать, чтобы начать капризничать?!

Мужик слушал и не понимал – его деформированный омерзением оскал не исчезал.

– У тебя такое выражение лица, будто при тебе совокупляется пара Годзилл… Как можно с такой рожей смотреть на… – Пак отвёл чёрные волосы от ожога молодой девушки, – эту столь прекрасную молодую леди… – Далее он заговорил только с ней: – Тебе вовсе незачем это скрывать.

Это твой шрам, гордись им. Это твоя боевая отметина, показывающая, что ты прошла через множество испытаний, включая беспощадные волны недовольства, что насылали на тебя эти воротки… и этим волнам не удалось снести такую маленькую, но очень стойкую опору. – Затем Пак нежно приподнял её подбородок и аккуратно поцеловал в губы; продолжительно и чувственно.