Дингир

Для тебя это звучит мерзко, но если, делая эти мерзкие вещи человек испытывает удовольствие, которое ты не испытывал за всю свою жизнь, то такому человеку стоит лишь позавидовать правильно?.. Да-да-да, “трахать трупы” – это явный перебор. Нет! – воскликнул он. – Труп – мёртв, это не изнасилование, он не наносит вреда другому человеку! Это для тебя перебор, но никак не для него. Никогда не навешивай другим свои вкусы, даже если они эпицентр разумности и правильности общепринятых норм! И…

За спиной Пака раздался звук водного всплеска.

Что это означало, тот понял сразу, поэтому он моментально заткнулся…

Испустив огорчённый выдох, Пак произнёс:

– Ну, чё стоим? Нексус №23 за ним!

Один из охранников скинул с плеча свой модифицированный автомат Калашникова. Несколько увесистых шагов, и он поднялся на леер. Следом, подобно железному солдатику тот нырнул прямо в ледяную воду, породив высокий всплеск, который сумел достать до палубы.

– Раш, грубый ты юнец, даже не дал мне договорить!.. – в лёгкой злобе сказал Пак.

 – Закинул ложный осуждающий взгляд на мой стояк, чтобы я отвернулся, и ты совершил свой побег… Да-а-а-а, управляет своим учителем как марионеткой… Ну да ладно, чёрт с ним, найдётся… Ах! От демонстрации нового вооружения Архонта у меня разыгрался аппетит!.. – Далее он обратился ко второму Нексусу в противогазе: – Привести на мой этаж: двух мальчиков, одну девочку и одного жмурика!.. Хотя нет: двух девочек и одного мальчика! Жмурика сам сотворю, а то обленился уже в конец!. . И да, потом не беспокойте меня следующие два часа.

ГЛАВА 2. ЭЙН ДАРКО

Россия. 12-е марта…

Новое утро и новое преступление. Зона была оцеплена красной лентой, команда криминалистов рыскала повсюду и фотографировала всё, что в дальнейшем могло оказаться уликой: Каждый окурок, следы, само тело с разных ракурсов и т.д. Но сильнее всего выделялась кровь. Её было очень много, и она уже хорошо впиталась в талый снег.

– Вот ответьте мне, пожалуйста: где опять носит этого Спайро?!.

. – проворчал самый старый из офицеров, что недовольно озирался по сторонам.

– Капитан, он же не любит это прозвище, – ответил паренёк в полицейской форме.

Он постоянно записывал что-то в блокнот и периодически закидывал взгляд на труп. Его лицо выражало только приподнятое настроение, а чёрные волосы продолговатыми лепестками зрели на голове, причёска была уложена весьма стильно, хоть и придавала ему некоторую несерьёзность.

– Его зовут: “Эйн”. Просто: “Эйн”.