Игра вечных

Взяв пакет, Жан-Поль поблагодарил незнакомого мужчину за заботу. Что греха таить, на продолжении следующего часа ему несколько раз пришлось сунуться в него носом. После такой очистки организм перестал брыкаться и постепенно стал успокаиваться. Когда же стюардесса принесла ему коньяк, он совсем успокоился. Полностью придя в норму, он со страхом огляделся, ожидая увидеть вокруг одни осуждающие взгляды, ведь звуки, которые он производил, пугая пакет, были очень хорошо слышны, но к его удивлению на него никто не смотрел.

Также как и на земле, он никого не интересовал, все занимались своими делами. Кто читал, кто слушал музыку.

К этому времени коньяк уже начал действовать. Веки начали слипаться, сон неудержимой волной накрывал его. Перестав с ним бороться, он откинул спинку кресла и погрузился в объятия Морфея.

Сон освежил Жан-Поля и вернул радость жизни. Посмотрев на часы, он понял, что проспал почти четыре часа. Время прошло, но в самолете ничего не изменилось, тот же гул, заставляющий периодически сглатывать, чтобы убрать заложенность в ушах.

Тоже потряхивание корпуса на воздушных ямах. Убедившись, что все нормально, Жаль – Поль решил прогуляться по самолету и найти профессора и заодно познакомиться с остальными членами команды.

Самолет был большой, с тремя рядами сидений и двумя проходами. Он несколько минут тупо бродил между рядами, всматриваясь в лица сидящих, но его поиски не приводили ни к чему. Профессора не было, а больше он никого из команды не знал.

Наконец мелькнуло знакомое лицо, это была стюардесса, которая встречала его и провожала к его месту. Не видя других вариантов Жан-Поль обратился к ней с просьбой помочь ему найти того человека, вместе с которым он поднялся на борт.

Девушка с улыбкой объяснила ему, что тот господин летит в первом классе, а пассажирам из эконома туда вход воспрещен. Тогда он попросил передать этому господину, что француз, с которым он поднялся на борт, хочет знать, что ему делать. Стюардесса с улыбкой кивнула и, покачивая красивыми бедрами, исчезла за занавесью, отделяющей небожителей от простых смертных.

Через несколько минут она уже с другой, сильно натянутой улыбкой, вернулась, и передала напряжённоожидающему её молодому человеку, что по словам того большого, рыжеволосого господина, он может делать все что угодно. Когда они прилетят на место, он сам найдет его, а пока пусть катится ко всем чертям и не мешает профессору спать и думать.