Я, Иосиф Прекрасный

Тиберий хотел умереть с честью, и он знал, как сделать.

Армия парфян вместе с царём Вологезом находилась по другую сторону реки Арсания. А в долине постоянно присутствовали пять – шесть тысяч воинов для того, чтобы своим диким видом, своим многолюдством пугать легионеров, которые боялись выходить из лагеря для заготовки дров, питались размоченным зерном.

Парфяне огромной многотысячной толпой, говорливой, крикливой, преградили дорогу центурии. Они уже привыкли к трусости легионеров. Мнили себя великими воинами, непобедимыми.

Широко раскрывая рты, как ямы среди густых волос, они хохотали, указывая грязными пальцами на римлян. Парфян смешило и то, что римляне были маленького роста.

– Детишки, как же нам, настоящим мужчинам, воевать с вами? Вам носы утирать надо, а мы не захватили платки!

– Им соска нужна!

Кряжистые воины сильно били огромными кулаками в свои широкие груди, словно хотели проломить их и кричали:

– Сейчас мы покажем вам, детишки, как сражаются настоящие мужчины!

И парфяне, злобно отшвыривая друг друга, спешили вперёд, чтобы собственной рукой побить всю центурию, сто человек.

И никого из парфян не насторожило стремительность действий римлян. Они молниеносно слетели с сёдел, связали поводья коней в одно целое, чтобы кони своей группой прикрыли их тыл. Встали тесными рядами и закрылись щитами, выставив длинные копья. Превратившись в единое целое, преторианцы быстрым мелким шагом направились вперёд. Парфяне слезли с коней, неуклюжие, похохатывая. Весело разговаривая, демонстративно неторопливо, они начали снимать с сёдел тяжёлые дубины, палицы, длинные мечи, показывали их римлянам, кричали:

– Вот оружие настоящих мужчин! А у вас ножи для баб!

Обстреливать из луков бронированную группу было бесполезно. Да и хотелось парфянам показать врагу свою мужественность, самость. Тем более что перед ними была горсть людей, капля в море. Но это была тупая машина, не знающая страха, сомнений, всегда готовая умереть в бою. Жестокость дисциплины, тренировки выбили из душ преторианцев всякую возможность мыслить.

Мощный бронированный кулак вошёл в людское море, как раскалённый до бела нож в масло. «Черепаха» распалась, преторианцы развернулись фронтом. И началась ужасная рубка. Но «детишками» оказались парфяне. На один замах палицей или мечом каждый преторианец отвечал десятью ударами, превращая человека в изрубленные фрагменты тела, которые падали вниз с тела стоявшего на ногах парфянского воина.