Я, Иосиф Прекрасный

Там он выкопал ямку, усадил над ней Иосифа и укрыл низ его тела со всех сторон своей одеждой, бараньей шкурой. А потом ессей направил Иосифа, опять же знаками, вниз к пещерам, чтобы юноша принял полное очищение водой.

Нелепость положения, в котором он оказался, угнетало Иосифа более чем ходьба по полю с ярмом на шее. У него заплетались ноги, и он с размаху падал лицом на землю. Ему хотелось лежать на ней неподвижно, но ессей знаками поднимал Иосифа, указывал пальцем на солнце, оно клонилось к закату. Выделывая ногами кренделя, словно занимаясь странной пляской, Иосиф продолжал таскать за собой соху.

Он мысленно торопил солнце, чтобы оно как можно быстрей исчезло с небосклона. И когда его последний луч мелькнул в долине и в ней тотчас появился сумрак, ессей повёл Иосифа к пещерам. Юношу обрадовало, что перед трапезой не было молитвы. Он заставил себя съесть баланду и хлеб. И уже хотел направиться в пещеру, чтобы лечь спать, как увидел, что ессеи встали на молитву.

Пользуясь сумраком, Иосиф поддерживал себя руками, часто опускался с колен на пятки.

Наступила тёмная ночь, а ессеи продолжали молиться с поднятыми руками. Иосиф тихим шёпотом спросил наставника:

– Долго будем стоять?

– Всю ночь. До первого луча солнца.

В полной растерянности Иосиф рухнул на бок. Встал на колени. Но ему хотелось спать, и он заснул. Его разбудило собственное падение на камень. На площадке было тихо. Ессеи стояли на коленах неподвижно. Один Иосиф двигался: раз за разом валился то на левый бок, то на правый.

И после многих падений юноша не проснулся.

Он ощутил, что чья-то сильная рука резко встряхнула его, а потом поставила его на ноги. Иосиф открыл глаза и несколько секунд с удивлением смотрел на голых людей, которые перед обрывом принимали водное очищение. Он не сразу вспомнил, почему он здесь, среди нищего народа. Его мышцы болели, руки не могли удержать пустое ведро. Наставник окатил водой Иосифа, и он оживился.

И пока они оба заканчивали вспашку поля, другие ессеи разбрасывали зерна по чёрной плодородной земле.

Можно было отдохнуть, тем более что ноги подкашивались у Иосифа. Наставник знаком повёл юношу в пещеру, где стояли мельничные жернова, засыпал в них зерно и начал вращать один, указав пальцем на второй круг. У Иосифа от прошлой работы кружилась голова, а едва он встал за мельницу, как тотчас рухнул на неё. Иосиф с трудом поднялся на колени и вцепился двумя руками в ручку, начал вращать круг.