Я, Иосиф Прекрасный

Аристобул схватил его руку, удивлённо осмотрел, чмокнул её губами и крикнул:

– Это рука настоящего мужчины!

Он начал хлопать в ладоши и ходить, пританцовывая вокруг Иосифа, смахивая с лица слёзы умиления. А потом убежал на улицу, чтобы всем встречным людям рассказать о подвиге Иосифа.

Юноша стоял во дворе на одном месте, обнимаемый и орошаемый слезами домочадцев и плакал, потому что вернулся домой.

Поступок Иосифа поразил всех аристократов, жителей города. По предложению первосвященника он был введён в состав синедриона от партии фарисеев.

Но его интересовали взгляды саддукеев, которые хотели жить в мире с язычниками и сами жили, как язычники.

Иосиф возлюбил трудности. Занялся жестоким видом спорта – пантекреоном. Регулярно ходил в гимнасий, соблюдая меры предосторожности. Он мечтал стать олимпиоником. Но в таком случае, Иосиф навсегда должен был уйти от своего народа, как это сделал Тиберий Александр, бывший прокуратор Палестины. А юноша стал для народа идеальным мужчиной.

Ему подражали. Он был вождём молодёжи. И когда Иосиф примкнул к саддукеям, фарисеи не прервали с ним хороших отношений, по-прежнему считая его «своим».

Иосиф всё реже и реже вспоминал предсказание жреца бога Кармил и не верил, что в его жизни могло произойти нечто необычное. Даже если бы он стал первосвященником, потому что первосвященников до Иосифа было много и после его жизни будет много. Он помнил, что по его спине пробежал мороз, когда жрец монотонно и сильно проговорил страстным голосом: «Тебя ждёт судьба, какая не выпадает на долю смертного человека!»

В его душе горел огонь.

Саддукеи не ходили в Храм, хотя все они были выходцами из жреческого сословия, не соблюдали законы Моисея, с презрением относились к фарисеям. А народ, то есть, ам-хаарцев, они не знали и знать не хотели.

Саддукеи, как и греки, гордились своими предками. Во время заседаний синедриона они спорили друг с другом о древности своих родов. А так как в хранилищах Храма находились все списки евреев, когда-либо живших на земле, то эти списки по приказу саддукеев приносились в зал синедриона и внимательно читались.

Иосиф не принимал участия в этих спорах, которые часто заканчивались мордобитием. Ему было скучно и неинтересно сидеть на лавке и слушать ежедневные споры о древности аристократов, о том, кто, когда вышел из вавилонского плена, кто участвовал и как участвовал в строительстве Храма Соломона.