Макс Охотник. Книга вторая

Староста тем временем чесал своё лицо и хаотично двигал ножкой постоянно оглядываясь, но то понятно по большому счёту «Неуправляемый разум» – это такое проклятие, которое манны у меня, почти не отжирает, ну пока, а вот жизни разумным, попавшим под него, нормальной не даёт, любой волшебник его снимет движением руки, но так-то волшебник, а волчара владел явно сильно продвинутой версией, если уж меня торкнуло, ну не удивительно, много он, наверное, тренировался, а пока…

–– Уважаемый Любожир, а не пройти ли нам в ваш кабинет обсудить дела наши грешные.

Окинув меня оценивающим взглядом, словно мерку снял. Изрёк.

–– Ну хорошо, пройдёмте. – Повернувшись на месте он покатился к себе.

Да, тут было прекрасно всё, кожаный диван немалых форм, что понятно, стол, внушительных размеров, три кресла, картины, позолота по кругу и нарисованное окно в рамке, притом испускающее свет, с видом на море.

Староста присел на здоровенное кресло, затем встал, почесал затылок и опять сел, сложил ручки на пузике, и уставился на меня.

–– Не буду ходить кругами, мне нужно задание на истребление «весёлой стаи», и мы с тобой расходимся краями, меня не интересуют твои мутные дела, но и своё я отдавать кому-либо не намерен, я доходчиво изъясняюсь.

Староста, в этот момент очень громко пёрнул, тоже очень жизненно, газов в нём должно быть много, как их тут удержишь, и судя по стремительно краснеющей роже – его терпение лопнуло.

–– Ты что о себе щенок возомнил, ик, да я тебя по стенке размажу, тебя твои же «герои», за ту стаю, как его, он заглянул в какую-то бумажку, «Чёрные Волки с респа не выпустят пока перса, не сольёшь» вот.

Тю, как всё запущенно, теперь понял, реальные пацанчики, судя по всему, заранее гонца заслали, чтоб самые сладкие кусочки в округе забронировать, а сами следом подтянутся и всё сделают красиво, молодцы, мне до них дел нет, но квест мой, не знаю, есть ли у этого задания на "весёлую стаю" кулдаун (перезарядка), но думаю, что он будет очень нескоро.

В этот момент из коридора кто-то поскрёбся, и отворив дверь, мир явил человека, игрока, в полусогнутом состоянии.

–-Уважаемый Любомир позволено ли будет нам войти?

На старосту любо-дорого было посмотреть он, сначала подпрыгнув, потом окинув меня презрительно-жалостливым взглядом–вальяжно махнул ручонкой.

Следом за человеком с крысиным лицом, на котором печатными буквами было написано, что он «рога», вошли ещё два представителя «гомо сапиенс».