Причудливо тасуется колода…

Если она не дура – то такого шанса не упустит, и…".

– Ой, простите…

Антон удивленно посмотрел на свою футболку, заляпанную теперь вишневым соком.

– Бывает… Не переживайте, – сказал он Анжелике, стоявшей рядом. – Я не сильно ей дорожил. Не отстирается – так новую куплю.

Он улыбнулся ей – натянуто. Станиславский бы сказал: "Не верю!", а затем и вовсе упал бы в обморок от такой халтуры. Но Анжелика, кажется, ничего не заметила. А может – сделала вид, что не заметила…

– А вы в каком номере живете?

Антон взял со стола тарелку, проигнорировав ее вопрос.

– Вы извините, я такая неловкая…– продолжала расставлять сети Анжелика, – давайте сделаем вот как! Вы мне футболку принесите после ужина! А я ее постираю. Должна же я как – то загладить свою вину! – Она заискивающе улыбнулась и посмотрела на Антона.

"Даже так?  Да, такой палец в рот не клади… С Изольдой, конечно, не сравнится, но все же… Она?"

Антон наклонился к ее уху, почти касаясь его (действует безотказно!) и сказал:

– Не стоит.

– Я же говорил! – шепнул Лизе Макс.

Лиза презрительно фыркнула:

– Ничего интереснее придумать не могла, чем вылить на него сок. Чему только их там, на тренинге, учат?

А после ужина Анжелика, разумеется, подождала его возле двери. Чтобы еще раз принести свои извинения и так далее…

Антон украдкой посмотрел на Галю.  Галя проводила его грустным взглядом, продолжая размазывать кашу по тарелке за своим столиком.

Затем, не удержавшись, он посмотрел на Машу. Маша, смеясь, отпихивала Макса, пытавшегося запихнуть ей в рот виноградинку.

Вздохнув, Антон пошел к себе в номер.

День второй.

На второй день была экскурсия в лесу. Осматривали небольшие местные горы и живописный красно – желтый осенний лес.

Экскурсовод Галина Петровна рассказывала историю этих мест, вновь отрабатывая свою зарплату на все сто процентов.

Антон на этот раз решил уйти вперед – пока ни Галя, ни Анжелика не успели к нему прицепиться.

К слову, не прочь подойти были и еще две женщины с женского семинара, одной из которых была сама ведущая, но – пока не решались (оставшиеся две – были сильно старше Антона, и иллюзий насчет него не питали).

Он  забрался на гору – выше всех. С высоты он хорошо видел остальных.

Вот идут Маша с Максом.  Полная Маша уже запыхалась, хотя экскурсия только началась, и умирает от жары.