Катарсис. Темные тропы

Кровь лить – тоже. Ещё и утром, спросонья, да с похмелья – испужаются. Да и тот самый, мрачный Я настаивает, что бить надо аккуратно, но – сильно. И не оставлять следов. Настаивает, что нет человека – нет и проблемы. Тем более вопросов.

Рукоять кинжала с бесшумного замаха опускается на основание шеи того, кто распоряжался – «шмонать и валить». Я счёл его старшим, а значит, более опасным. Второму я просто вгоняю нос в голову. И даже немного удивился. Откуда в этом тощем – кожа да кости – теле столько силы и скорости удара? Поднимая их за воротники – уже не удивился.

Вспомнил, что я немного Бродяга, вспомнил, как я прыгнул тогда на несколько шагов, перелетев через насильника.

А вот куда их тащить дальше? К Паду, в нашу комнату? А как я попрошу открыть мне дверь? Выразительным мычанием? Деликатным постукиванием лбом в запертую дверь? Тащить их по лестнице через весь холл – на улицу?

Так, а как они тут оказались? Откуда? Тащу оба тела, как мешки, толкая плечами двери. Одна открылась.

– Ну? – спрашивает меня оттуда человек, вставая с лежанки.

Пинаю его костяной, негнущейся ногой в живот, опрокидывая обратно на лежак, сверху накидываю оба тела, добавляю хозяину комнаты в висок кулаком, без размаха, так, как отмахнувшись.

Возвращаюсь по коридору, притворяю дверь в комнату Лилии, иду обратно к уродам. Связываю их, один помирает. Тот, которому я нос загнал в мозг. Чтобы сила не пропала напрасно, пускаю его на пепел штыком.

Ух! Аж в глазах рассвело. Хорошо-то как!

Тот, которому я висок погладил, уже очнулся, выпучив глаза, воет – в кляп в своём рту.

Подношу ему штык под нос и прикладываю палец к губам. Икает, но – затыкается. Приставляю штык к его паху, выдёргиваю кляп.

Нет, я тут совсем ни при чём! Это я про то, что приношу смерть, что я – проклятие, и беды потому льнут к нам. Они просто увидели гражданочку, что прикинута не по охране, а замашки барские – холуя одевает у портного, причём дамочка с головой совсем не дружит.

Тут я не мог не согласиться – это так!

Так вот, барыня, по их мнению, рамсы попутала, живёт не по понятиям – с холуями за одним столом сидит, напивается вдрызг, не обеспечив собственной безопасности.

А значит – что? Что она – глупая. И деньги всё одно потеряет. Не сегодня – так завтра. Глупцам деньги не нужны. Они им достались несправедливо, случайно. И просто обязаны перейти в более надёжные руки, которые лучше знают, как тяжко деньги даются. И как и на что их следует потратить.